Явление пятое
Маша и Сумбуров.
Маша. Ба, сударь, это вы! – Совсем нечаянный гость!
Сумбуров. Да, моя душа; надеюсь однако ж, что это в последний раз. – Я приехал расчесться с вами за все драгоценности, которые ты давича, по милости своей, мне на шею навязала.
Маша. Боже мой! а счет еще не сделан, и мадам Каре нет дома. Помилуйте, сударь, разве мы вас торопили?
Сумбуров. Нет, нет, я хочу неотменно с вами как можно скорей развязаться; до тех пор душа моя не будет на месте. Разочтусь, а там останется уж только одна забота, чтоб, если можно, и в улицу вашу не заглядывать.
Маша. Да разве не успеете завтра?
Сумбуров. Как, завтра! – Опять сюда? сохрани бог!
Маша. Теперь, сударь, право, не до того; да мы пришлем к вам со счетом.
Сумбуров. Тьфу пропасть! да слышишь ли ты, что я ни лавки вашей, ни из лавки вашей видеть никого не хочу. – Да мне кажется, у вас здесь что-то суматошно!
Маша. Я вам, сударь, должна признаться, что счет вашим покупкам не сделан мадамою; а она уехала со двора, так вам будет долго…
Сумбуров. Я здесь готов ночевать, лишь только бы развязаться с вами. – Да что ты, голубушка, так оторопела? никак, я вам мешаю?
Маша. В чем, сударь?
Сумбуров. О! почему мне знать, – ведь у вас много промыслов, и если француз Трише говорил мне правду…
Маша. Он бездельник! – О негодный Трише!
Сумбуров. А! а! ну так я буду рад, – пусть вас добрым порядком проучат, а то ваши лавки уж не путем скоро богатеют. Молчите, молчите! Трише готовит вам добрый гостинец.
Маша. Мы его не боимся.
Сумбуров. Это ваше дело. Мне счет мой! счет я спрашиваю!
Маша. Позвольте, не найду ль я его там? О негодный старик! (Особо.) Если б его отсель выжить!