Гамлет

Сцена 4

Равнина в Дании. Входят Фортинбрас, капитан и солдаты.

Фортинбрас

Ты, капитан, мой передашь привет
Владыке Дании и скажешь, что, с его
Согласья, Фортинбрас войска проводит
Через его владенья. Где я буду,
Ты знаешь. Если пожелает видеть
Нас лично он, – мы явимся к нему.
Так ты и передашь.

Капитан

Исполню, принц.

Фортинбрас

Вперед, – но тихим шагом!

Фортинбрас и войско уходят. Входят Гамлет, Розенкранц, Гильденстерн и другие.

Гамлет

Что это за войска?

Капитан

Норвежские.

Гамлет

Скажите, а куда они идут?

Капитан

На польские владенья.

Гамлет

Кто предводитель?

Капитан

Сам Фортинбрас – племянник короля.

Гамлет

Вы внутрь страны идете или только
К ее границе?

Капитан

Сказать по правде, мы идем затем,
Чтобы отнять такой клочок земли,
В котором весь доход – его названье.
Я б за него пяти дукатов не дал, –
Ни нам, ни Польше боле он не даст,
Продай его хоть в вечное владенье.

Гамлет

Его, пожалуй, вам сдадут без боя?

Капитан

О, нет – все гарнизоны на местах.

Гамлет

Две тысячи людей и двадцать тысяч
Червонцев бросить надо за пустую
Соломинку! Так лопается внутрь
Нарыв, от жира долгого покоя,
И смерть приходит. Ну-с, благодарю вас!

Капитан

Храни вас Бог!

Уходит.

Розенкранц

И нам пора, мой принц.

Гамлет

Да, я иду. Идите, – я за вами.

Розенкранц и Гильденстерн уходят.

Гамлет

Как все меня изобличает, – к мщенью
Торопит. Неужель людское счастье,
Вся наша жизнь, весь смысл существованья –
Чтоб есть да спать, как твари? Наш Создатель
Ужель затем вложил в нас светлый разум
И дал способность взоры обращать
И в прошлое, и к временам грядущим,
Чтоб мысли в нас без всякой пользы глохли?
Забывчивость ли скотская во мне
Иль осторожность, мысль о том, что будет, –
Но тут благоразумия лишь четверть,
А остальные три – трусливость. Я
Одно твержу: да, это надо сделать!
Ведь у меня для мщенья есть причина,
И воля, и желанье есть, и средства,
Передо мной великие как мир
Встают примеры: это войско; принц
Его ведет изнеженный и юный!
Он полон честолюбья, он смеется
Над будущим, идет навстречу счастью,
Опасности и смерти, – всем рискуя
Из-за яичной скорлупы. О да:
Быть истинно великим – не вставать
В защиту прав великих, но сражаться
Из-за пылинки, если честь задета!
Но что же я? Отец убит. Позором
Покрыта мать, и кровь и разум к мести
Меня зовут, – а я, горя стыдом,
Гляжу, как двадцать тысяч идут на смерть,
Идут к своим гробам, как на постели,
Сражаясь за мечту, за призрак славы,
За клок земли, который не вместит
Их армии, где места для могил
Не хватит павшим… Нет, довольно крови
Мне надо… или я ничтожно-жалок!

Уходит.