Глава 2
Ждущий адмирала на орбите линкор встретил суетой погрузочных работ. Простор шлюзовой палубы полон гулом транспортёров, тягающих разнокалиберные контейнеры. Широкие, залитые ярким светом грузовые лифты уносят тонны доставленных с планеты грузов в пустоту трюмов. Одетые в серые комбинезоны контролёры, занятые сортировкой грузовых потоков, не обратили на вновь прибывших никакого внимания.
Суета людей и механизмов для непосвящённого в тонкости корабельной жизни Алексея была непонятна. Понял другое: вместо ожидаемых красных дорожек, оркестров и почётного караула в честь высокопоставленной персоны адмирала встретил одинокий дежурный офицер. В звании лейтенанта, примерно одного с Алексеем возраста, плотный и невысокий.
– Адмирал Двински, – выправке офицера мог позавидовать караул мавзолея, – капитан Хаяма приветствует вас на борту. Он приносит извинения за то, что не смог встретить вас лично, – обстановка осложнилась.
– Слушаю, – бросил адмирал, направившись к лифту.
– Атакован Тиус.
– Подробней.
– Точной информации не имею.
Войдя в лифт, адмирал обернулся.
– Определите рядового, я доберусь сам.
Створки лифта захлопнулись перед носом Алексея.
– Рядовой, следуйте за мной.
Глазеть по сторонам быстро надоело. Яркие эмоции относительно технических чудес притупились. Им на смену пришло обыкновенное любопытство, и то при появлении чего-то нового. В переплетениях эскалаторов, лифтов и отсеков нового было мало. Откровенно скучая, Алексей надумал разговорить сопровождающего офицера.
– А что за Тиус такой, что все так всполошились?
Чуть не упёрся в спину вставшего столбом офицера. Развернувшись по-строевому, он одарил Алексея холодным взглядом.
– Кто вам позволил обращаться к старшему по званию в неуставной форме?
Стальные нотки в голосе впечатления не произвели.
– Я спрашиваю, что на этом Тиусе такого важного? – сознательно снахальничал Алексей.
– Рядовой! – отчеканил лейтенант, – обратитесь, как положено.
– Жена и дети тоже по уставу ходят?
От неожиданного рывка в шее что-то щёлкнуло. Коридор крутанулся, в спину врезалось рифлёное покрытие палубы. Вес навалившегося на грудь офицера выдавил воздух из лёгких. Считавший себя неплохим рукопашником, Алексей поразился быстроте и мастерству проведённой атаки. Решил шевельнуться. Не тут-то было, стальные объятия только сжались. Светившие с потолка панели загородило скуластое лицо офицера.
– Слушай, ты, – он, не мигая, уставился на Алексея, – меня не волнует, кем ты приходишься адмиралу и что потом ему скажешь. Здесь братаний не будет. Уяснил?
– Так точно, господин лейтенант, понял, разрешите обратиться? – с трудом набрав воздух в лёгкие, выдавил Алексей.
– Слушаю, рядовой, – упор сделал на звание, немного ослабил хватку.
– Приношу извинения за безмерно грубые слова в адрес суперглубокоуважаемого офицера. Даю честное пионерское: подобное не повторится. Но есть простая человеческая просьба, – Алексей не скупился на слова, – я, как выяснилось, жалкий дилетант, так запросто поверженный истинным мастером, прошу рассказать об этой системе боя. Но если ослепительнейший…
– Не смешно, – перебил лейтенант.
– А так? – хрипя от натуги, Алексей рывком перевалил офицера, оказался сверху, – смешно?
Удар подбородком в плечо, руку дёрнуло током. Не успел ругнуться, как с грохотом врезался в стену. Коридор потерял очертания, вспыхнули краски. Когда мельтешащие в глазах круги наконец рассеялись, обнаружил себя сидящим на полу, привалившись спиной к прохладной переборке. Над Алексеем застыл лейтенант.
– И что это было? – спросил он, дождавшись, когда мутный взор приобретёт ясность.
– Курс по самбо.
– Что это?
– Да хрен знает, всё подряд, но очень занимательно.
Алексей упёрся руками в пол, пытаясь подняться, голова опять пошла кругом.
– Посиди минутку, муть скоро пройдёт.
Возражать не стал.
– Откуда такая скорость? – спросил в свою очередь.
– Коррекция нервных окончаний. Процедура долгая, но результат приличный, – офицер бросил внимательный взгляд на Алексея, – что адмиралу скажешь?
– Скажу, что лейтенант. Кстати, как тебя зовут?
– Меня зовут Стапер.
– Так вот, лейтенант Стапер неожиданно напал и сильно меня избил.
Выдержав тяжелеющий взгляд Стапера, добавил.
– А также, пользуясь служебным положением, пытался склонить к извращённому половому акту.
Лицо – зеркало души. Здесь было всё: от удивления до презрения, ненависти и злости.
– Ну, ты, ну, ты…
Вид лейтенанта был потешен. Алексей не смог удержаться, заржал в голос.
– Ну, ты даёшь, – отсмеявшись добавил он, – такой быстрый и такой наивный. Не парься, Стапер, всё в порядке. Кстати, я тоже не прочь подкорректировать окончания, подскажешь, кому надо звякнуть?
– Подскажу, – протянул он Алексею руку, помог встать, – извини, что так встретил. В начале войны адмирал уже был у нас на борту. Прибыл с ним сержантик, типчик крайне неприятный.
– А-а, – протянул Алексей, – таких типчиков всегда хватает.
– Не знаю, как всегда, – возразил Стапер, – я такого встретил впервые. Сначала подумал, что ты такой же, вот и решил по уставу прокатиться, – он хлопнул Алексея по плечу, – не обижайся. Кстати, тебя-то как зовут?
Общий язык нашли быстро, тема рукопашного боя для обоих была интересной. Не торопясь добрались до жилых отсеков. Миновав ряд ведущих в личные каюты дверей, остановились у крайней.
– Твоя, – указал на дверь Стапер, – запоминай, как добраться до ближайшего пищеблока. Прямо до лифта, два уровня вверх, там направо и вниз по транспортёру. Найдёшь?
– Найду.
Стапер протянул руку.
– Надеюсь, свидимся.
– Обязательно, – Алексей крепко стиснул протянутую ладонь.
В каюте задержался ровно настолько, сколько времени потребовалось рюкзаку пересечь её пространство и грохнуться на узкую койку. Вошёл в лифт. Двери закрылись, кабина без команды пошла вниз. Алексей давит на клавиши, но лифт как ни в чём не бывало идёт вниз.
Когда неисправная кабина остановилась и отказалась подниматься, Алексей оказался в просторном, ярко освещённом зале. В глаза бросились свисающие с потолка жгуты кабелей, подключённые к рядам высоких цилиндрических агрегатов.
– Эй, – крикнул Алексей, стараясь перекричать их низкий гул, – лифт сломался, помогите выбраться.
Никто не отозвался. Потоптавшись, Алексей шагнул вперёд. Идя между рядами и оглядываясь в поисках хоть кого-то, случайно наступил на жёлтую линию, начерченную вокруг каждого агрегата. В следующее мгновение перед глазами вспыхнула спроецированная панель. От обилия на ней цифр и символов зарябило в глазах. Сотканная из света панель управления смотрит на Алексея, рапортуя об исправности.
– Ты кто такой?
Голос за спиной заставил вздрогнуть. Оборачиваясь, Алексей дёрнулся и ткнул локтем в проекцию. Висящий в воздухе гул тут же сменил тональность. На панели вспыхнули тревожные красные точки.
– Собака страшная.
Выругался высокий и широкий в плечах, коротко стриженный детина, одетый в тёмный комбинезон с эмблемой технических служб. В два шага преодолев разделяющее их расстояние, здоровяк схватил Алексея за грудки и грубо оттолкнул в от панели. Кулаки сжались, но отбиваться не пришлось. Техник, стоя к нему спиной, склонился над проекцией. Его пальцы с удивительным проворством порхают над шкалами и символами.
– Отключить шестой и четвёртый модуль, – скороговоркой приказал он кому-то невидимому, – скинуть нагрузку в центральный накопитель, приступить к перезапуску.
Через секунды, в общем гуле опять что-то поменялось. Красные точки на панели сменились мирными отчётами. Коротким жестом свернув проекцию, техник повернулся к Алексею. Широкое лицо блестит испариной, взгляд не обещает ничего хорошего.
– Ты кто такой? Мамонт.
Отметив ещё одно знакомое словечко, Алексей молча ждал продолжения. Из соседних рядов вынырнули несколько человек в таких же тёмных комбинезонах без знаков отличия.
– Звание? – в басе здоровяка появились угрожающие нотки.
– Это сложно.
Алексей всем своим видом показал, что эмоции техника, его не волнуют. Он понимал, что виноват, но какого чёрта орать под руку?
– В смысле сложно?
– В прямом, – огрызнулся Алексей, – чинов и званий в вашей армии не имею.
На лицах обступивших его техников отразилось непонимание.
– А здесь как оказался? – напирал здоровяк.
– Прибыл полчаса назад, искал столовую, сюда забрёл по ошибке. За проблемы извини, вышло случайно.
– Зовут тебя как? – спросил техник, стоящий немного в стороне. Худой, низкорослый, он резко контрастирует с горой мышц, нависшей над Алексеем. – Имя есть?
– Алексей.
– А-лек-сей, – задумчиво повторил здоровяк, – а родом ты, Алексей, откуда?
– Земля, Солнечная система.
– Скажи ещё, что фамилия твоя Волянов, а капитан Кара Стэйфер тебе знакома?
Удивляться настала очередь Алексея. Найти общих знакомых среди огромного количества людей, да ещё в такой обстановке – дело неслыханное.
– Фамилия моя Вольнов, и капитана Стэйфер я действительно знаю.
Неожиданно подобрев лицами, четвёрка переглянулась.
– Точно говорят, космос тесен, – техник повернулся к остальным, – проследите за разгоном шестого и четвёртого. Вернусь быстро.
Тройка без лишних слов растворилась среди агрегатов. Проводив их взглядом, мужчина протянул руку.
– Я Сибаур, Кара и Вацлав – мои друзья. Идём, он будет рад знакомству.
– Кто?
– Родственник Кары Стэйфер, он командует артиллерией на нашем корабле.
Несмотря на урчание в желудке, Алексей не отказался от предложения. Он всегда старался завести как можно больше знакомых. Здесь человек сам шёл навстречу, и не воспользоваться этим было глупо.
На орудийную палубу пробирались ремонтными тоннелями. Впервые оказавшись внутри технического царства, Алексей с интересом смотрит по сторонам. Он понимает, что для функционирования корабля требуется множество всевозможных агрегатов, блоков и механизмов, но даже думать не думал, что в таких количествах. Навстречу тянется череда коридоров подъёмных площадок и полутёмных помещений, сплошь забитых разнообразным оборудованием. Бесконечные трубопроводы, жгуты кабелей и сотни распределительных щитов, мерцающих индикацией, попадаются на протяжении всего пути. Всё это шумит, мигает горит спроецированными отчётами, которые Сибаур периодически снимает с тех или иных устройств.
Шли мимо ремонтных цехов, оборудование которых позволяет службе справиться с большинством возникших проблем. Шли сквозь ангар с застывшими в ожидании своего часа ремонтными роботами. Насчитал несколько модификаций, но особое внимание привлекла только одна.
Он притормозил возле крупной, в несколько метров шириной, машины. Из чёрного корпуса выдаются мощные манипуляторы с разномастными насадками. Полукруглый контейнер, прикреплённый к корпусу, и несколько массивных двигателей придают машине форму земного жука.
– Это Скрабер, – техник хлопнул ладонью по манипулятору робота, – создан для внешнего ремонта. По большому счёту, тупое железо, требующее внешнего управления, но в нашем хозяйстве вещь незаменимая.
– Слушай, – поборов приступ волнения, Алексей решился наконец задать вертевшийся на языке вопрос, – собака страшная, мамонт, сарай. Ведь это не ваши слова, от кого ты их слышал?
– Какое-то время назад летуны по ошибке собственный челнок обстреляли.
Понял всё и сразу, дальше слушал лишь из вежливости.
– А там, – заговорщицки продолжил он, – оказался великий мастер заковыристого слова. Запись сеанса с лёгкой руки связистов оказалась в войсках. Несколько минут отборной ругани, сам слушал. Говоря по правде, значения многих слов никто не понял, но всем очень понравилось.
Вспыхнувшая было надежда на встречу с землянами угасла.
– О Потрясатель Вселенной, – всё ещё с долей разочарования произнёс Алексей, – войска твои не дошли до последнего моря, зато слова сынов твоих добрались до звёзд. Спи спокойно, хан, я выполнил твою волю.
– Ты о чём?
– О великом кагане.
Опережая расспросы, пояснил.
– Он был предводителем великой армии, завоевавшей половину мира, говорят, именно эта армия принесла так понравившиеся вам слова.
– Ничего не понял.
После полумрака технических уровней свет орудийной палубы бьёт по глазам. Щурясь, Алексей окинул взглядом боевую составляющую линкора. Ряд стоявших как бы на пьедестале, развёрнутых лицом к борту кресел, казённики орудий на массивных амортизаторах, стерильная чистота стального пола.
Если в технических службах кораблей тянут лямку резервированные специалисты, привыкшие к гражданскому образу жизни, то на орудийной палубе всё говорит о военной выправке. Закованные в скафандры повышенной защиты наводчики-операторы, словно изваяния, восседают в креслах. Лицевые щитки откинуты, однако ни лишних движений, ни разговоров Алексей не отметил. В воздухе витает напряжённая готовность немедленно вступить в схватку.
Вдоль помоста навстречу идёт высокий мужчина в тёмном офицерском костюме. Знаки лет-майора на лацкане пиджака говорят о полномочиях. Высокий лоб, упрямый подбородок лишь подчёркивают сталь в глазах офицера. Алексей безошибочно отнёс идущего к породе дерзких, волевых командиров. Таких встречал, такие костяк любой армии.
– Здравствуй, Вацлав, – техник Сибаур по-граждански протянул офицеру руку, – угадай, кого я привёл?
Вацлав с готовностью пожал протянутую ладонь, коротко кивнул Алексею, бросив быстрый изучающий взгляд и, не сказав, ни слова, вопросительно посмотрел на друга.
– Алексей Вольнов собственной персоной, – представил Сибаур, расплывшись в широкой улыбке, – как внезапно выяснилось, – добавил он, – Алексей – автор тех громких речевых оборотов, что ты давал мне послушать.
Вацлав широко улыбнулся, стиснул ладонь Алексея обеими руками.
– Рад встрече, – тепло приветствовал он гостя, – вот кому я обязан спасением сестры. Кара описала вас довольно точно. К сожалению, не могу оказать полноценный приём – обстановка требует личного присутствия на главной орудийной.
– Скажу честно, в первую очередь мы спасали себя.
– Но попутно спасли целый экипаж, – встрял в разговор Сибаур, – скажи, Вацлав, как там Тиус?
– Противник рассеян, но отбой ещё не дали, – он хотел что-то добавить, но вставленный в ухо прибор связи, не дал этого сделать, – говори.
Выслушав собеседника, Вацлав посмотрел на Алексея.
– Хочешь пальнуть из главного калибра?
Видя непонимание, пояснил.
– Кара рассказала, как ты мучил наводчиков расспросами о вооружении корабля. Хочу отблагодарить тебя хоть как-нибудь, вот и предлагаю залп из главного калибра.
– На губу не загремишь?
– Куда?
– Тьфу, чёрт, – опомнился Алексей, – всё забываю. Не накажут за самоуправство?
– Идём, – не стал вдаваться в подробности Вацлав.
Укладываясь в кресло наводчика, испытал позабытое чувство восторга, смешанного с детским нетерпением. Укутав тело, скафандр с мягким шипением загерметизировал стыки в области запястий и голенищ. Одновременно с чмоканьем вакуумных присосок шлема включилось голографическое сопровождение боевого комплекса.
На этот раз эффект присутствия не удивил. Точки звёзд обступили со всех сторон. Внизу, медленно погружаясь в ночь, величаво вращается Сарус. В глазах рябит от множества меток, ведомых системами наведения. Десятки кораблей, патрулируя пространство, охраняют покой густонаселённой планеты. В отличие от штурмовика, где, как только что выяснил, определялись лишь близкие цели, датчики линкора ведут полноценный мониторинг пространства, беря в работу всё, что заходит в пределы действия систем.
– Цель – астероид, – голос Вацлава прокрался сквозь наушник скафандра, – второй сектор.
Предстояло на практике освоить предварительный инструктаж. Алексей включил подсветку цели. Когда окружающее пространство прокрутилось по часовой стрелке, выведя на передний план тот самый астероид, Алексей на физическом уровне ощутил, какая невероятная мощь сконцентрирована в его руках. Не обращая внимания на столбики цифр, говорящих о скорости, массе и множестве других параметров цели, уверенно толкнул джойстик. Приноравливаясь к его короткому ходу, случайно навёл целеуказатель на орбитальную станцию. Реакция системы была мгновенной. Целеуказатель окрасился в жёлтый цвет, пиликнула трель, сообщив стрелку о наведении на дружественный объект.
– Спокойно, – подбодрил Вацлав, – доводи.
Алексей и не думал нервничать. Закончив доводку, придержал палец над гашеткой.
– Точно проблем не будет?
– Это последствия старой как мир катастрофы. В системе когда-то было на одну планету больше, но до наших дней она дожила в виде астероидного пояса. Зонды выявляют опасные из них, – пустился в объяснения Вацлав, – эта конкретная глыба сочтена угрозой, и её приказано разрушить. Кто именно нажмёт гашетку, значения не имеет, так что развлекайся и ни о чём не думай.
Алексей не видел, как гася инерцию выстрела, сработали амортизаторы, как полыхнул манёвровый двигатель, предотвратив осевое вращение линкора. Он лишь почувствовал слабую дрожь, прошедшую по палубе. Проекция разделилась, позволив видеть атаку посредством камеры на головке снаряда.
Неровная, блистающая острыми гранями глыба надвигается с огромной скоростью. Только когда камень закрыл собой всё изображение, Алексей понял, насколько он огромен. В следующий миг снаряд вплавился в породу и взорвался, разбив глыбу на части.
– Мощь, – вымолвил Алексей, глядя на расходящиеся веером обломки.
Потянулся к панели дезактивации скафандра, но прокатившийся по кораблю сигнал тревоги отдёрнул руку. Системы наведения вцепились в одинокую цель, вышедшую из-за обломков разбитого Алексеем астероида.
– Здесь мостик, – раздался в наушнике незнакомый голос, – боевая тревога, цель -неизвестный объект. Огонь всем системам.
На перезарядку орудия не требовалось много времени, Алексей понял, что гнать его с места наводчика-оператора никто не будет. Не теряя времени, он быстро навёл орудие на причину возникшего переполоха. Включилось приближение, позволив рассмотреть корабль, или что это было, во всех подробностях.
Искусственный объект чем-то напомнил продолговатый слоёный пирог. Таких слоёв Алексей насчитал семь. Каждый из них светится не меняющим интенсивность светло-голубым цветом. Между светлыми слоями различаются тёмные полосы, идущие вдоль всего объекта и поглощавшие испускаемый им же свет. Зрелище ещё то. Голубое сияние, словно туман, истекает в тёмные ненасытные полосы. Казалось, вся поверхность объекта течёт, создавая иллюзию нескончаемого движения. Ни надстроек, ни чего-то, напоминающего двигатели, не увидел.
Бросив короткий взгляд на отчёты систем, Алексей невольно присвистнул. Длина объекта составляет два с половиной километра, высота и ширина сравнялись на четырёхстах метрах. Огромный корабль, провисев на месте несколько секунд, плавно двинулся к Сарусу.
В следующий миг на странный корабль обрушилась вся мощь патрулирующего систему флота. Вспышки затмили звёзды. Системы отмечают всё новые и новые потоки торпед, снарядов и ракет, тянущихся к неведомому пришельцу. Когда феерия красок спала, обнаружилось, что объект идёт прежним курсом. Никаких видимых повреждений способный испепелить целый континент удар ему не причинил.
В эфире шум. Кто-то просит инструкций, кто-то кричит об отказе оружия. Всё смолкло в один миг, когда объект, превратившись вдруг в стремительную искру и покрыв за секунды огромное расстояние, вновь остановился, словно дразня защитников.
Алексей, неотрывно следивший за атакой, отметил, что странный корабль, не разворачиваясь, ушёл боком.
В наушнике послышался знакомый властный голос. Перехватив управление, адмирал отправил флот в погоню, оставив около планеты дежурное соединение.
– Алексей, ты как?
– В норме.
Он с сожалением приготовился уступить место.
– Замена нужна?
– Пока справляюсь.
Через пятнадцать минут погоня, добравшись до застывшего на месте беглеца, вышла на дистанцию уверенного залпа, но пространство вновь пронзила голубая искра. Огромный корабль, словно играя, замер между планетой и оставшимся у Саруса флотом. Зависнув на долю секунды, он ринулся дальше.
Компьютер выдал траекторию его полёта, и Алексея прошиб холодный пот. Вцепившись в джойстики, он выстрелил одновременно со всеми, когда неведомый корабль буквально материализовался в жалкой сотне километров от их линкора.
Проекция вновь разделилась, транслируя изображение с камеры выпущенного Алексеем снаряда. Не встретив сопротивления, снаряд прошил странный корабль насквозь и ушёл в пустоту.
На чужаке залп опять никак не отразился. Он без видимых повреждений продолжил висеть рядом. Между кораблями образовался огненный мост, проложенный всеми без исключения стрелковыми системами линкора.
Видя, что стрельба не даёт результата, Алексей всё равно упрямо ждёт перезарядку орудия. Дождавшись, вдавил гашетку. Орудие не подчинилось. Одновременно с волной холода, прошедшего по телу, отключилась связь. Следом отключилась проекция наведения. Затем погасло всё: и встроенные в откатники панели, и системы скафандра, и освещение. Палубы линкора одна за одной погрузились в кромешную темноту.