Цитаты из книги Магеллан

Сам Шекспир использовал в своей «Буре» эпизод из путевых записок Пигафетты.

Ничем был бы Ахилл без Гомера.

Пять судов Магеллана должны привезти из плавания не только космографические наблюдения, но и деньги, как можно больше денег консорциуму предпринимателей.

Благодаря уцелевшим архивным документам мы можем убедиться, с какой заботливостью и тщательностью, с каким учетом мельчайших деталей было продумано и подготовлено одно из самых фантастических начинаний в мировой истории.

(...), Магеллан сам занимается всем непосредственно; он — подобно Наполеону — настолько же смел в создании общего плана, насколько точен и педантичен в продумывании, в расчете каждой детали. И в нем гениальная фантазия сочетается с гениальной точностью.

И лишь теперь, когда этому человеку, прежде только созидавшему свой план, открываются все трудности его выполнения, для всех становится очевидным внутреннее величие того, кто так долго оставался в тени.

Когда речь идет о великих достижениях, то, упрощая наблюдение, мир охотнее всего останавливается на драматических, ярких моментах из жизни своих героев.

(...) Магеллан зачитывает письмо своего друга Франсишку Серрано, ныне великого визиря Тернате, в котором тот пишет: «Здесь новый мир, обширнее и богаче того, что был открыт Васко да Гамой».

Не бывает погожего дня без грозы.

Для того, кто призван совершить великое деяние, осуществить открытие или подвиг, двигающий вперед все человечество, для того подлинной родиной является уже не его отечество, а его деяние.

Но творческая личность подчиняется иному, более высокому закону, чем закон простого долга.

Только всем сердцем отдавшись преходящему заблуждению, он открыл непреходящую истину.

Из безрассуднейшего заблуждения, если гений коснется его, если случай будет руководить им, может произрасти величайшая истина. Сотнями, тысячами насчитываются во всех областях знания великие открытия, возникшие из ложных гипотез.

Нигде, решительно нигде не находится вожделенный paso — со страстным упорством разыскиваемый пролив.

Мало-помалу начинает исчезать всякая надежда из Атлантического океана проникнуть в тот, другой, некогда увиденный Нуньесом де Бальбоа с панамских высот.

Повсюду, как широкое бревно поперек дороги, лежит перед ними этот протяженный материк — Америка.

Ведь часто случается, что удар кулака вместо того, чтобы отшвырнуть человека, направляет его на верный путь.

И в этот раз fidalgo escudeiro Фернао де Магельаеш, один, без всяких доброжелателей и покровителей, отправляется на аудиенцию к своему королю, выбрав наихудший из всех путей, которыми можно идти при дворе, то есть честный и прямой.

Часто бывает, что присутствие духа и энергия какого-нибудь второстепенного лица на столетия определяет ход истории.

Обогнуть весь шар земной (...). Этот подвиг станет заветным помыслом и уделом Фернао де Магельаеша, в истории именуемого Магелланом.