Цитаты из книги Пер Ґінт

Стих проясняет последняя строчка

Приходит молчание вслед за песней.

"Статуя пела, и звук был внятен, Но смысл оставался мне непонятен, Все это был, несомненно, бред. Других интересных деталей нет".

Невеста? Да, известно, - слезы льет. Но эти слезы лишь вода, как разобраться.

Ужели свинью не узнать по щетине? Не видишь: он так же хромает ногой, Как ты головой все хромаешь поныне.

Что значит время, если нет ума?

Я же ваш папочка, крошки, —

не подставляйте мне ножки!

В убыток купил – по дешевке продам.

Но в той земле, где жизнь его текла,

в обязанностях мужа и отца,

он был велик – с начала до конца.

Он под сурдинку пел мотив простой,

простой мотив – он был самим собой.

Он был солдатом маленькой войны,

которую в миру вести должны

мы, земледельцы, – и не нам сердца

испытывать и души: это дело

не созданных из праха, но Творца.

Здесь, на земле, он искалечил тело,

но верю я: перед своим судьей

с неповрежденной встанет он душой.

Коттон: Какой ехидны, дорогой мой?

Пер Гюнт: Той, Которая нас соблазнить сумеет На что-нибудь, чего уж никогда Вернуть нельзя, нельзя и переделать… Отвага действия, искусство риска Ведь в том и состоит, чтоб сохранить Свою свободу; ни в одну из хитрых Ловушек жизни не попасться; помнить, Что день борьбы не есть твой день последний, И мост себе для возвращенья вспять Всегда на случай оставлять.

Что на роду написано кому! Судьбы своей да не прейдет никто же! На это можем уповать мы твердо, И в этом утешение большое.

в супружестве тебя спасет обман — я не хочу, чтобы глаза твои терзались созерцанием свиньи!

Во имя власти кто не шел на грех!

Не настолько мы богаты, чтобы на дешевку льститься!

Да! Вот она, природа человечья: Какие ей ни наносит увечья, Она кровавой коркой зарастает, Но выстоит и опрокинет гнёт.

Пер Гюнт (снимая шляпу)

Быть может. Скажите, Пер Гюнт - кто такой?

Пристав

Да, глупость...

Пер Гюнт

Прошу вас, мой дорогой.

Пристав

По слухам, какой-то поэт паскудный.

Пер Гюнт

Поэт?

Пристав

Говорят, все, чем славен свет, Счел он плодом своих побед. Простите, любезный... но долг мой трудный... (Уходит.)

Средь пятого акта герой не помрет.

В мире, откуда шел я, пилигрим, Пыл от иронии неотличим.