Цитаты из книги The Rivals

Всякий раз, когда тебе кажется, что ты достойна лучшего, тебе это не кажется.

– Ты хочешь, чтобы у меня был ключ от твоего номера? – Ну, вчера ты меня разбудил минут через десять после того, как я заснула, вот я и подумала – входи уже тихо, что ли. Он улыбнулся. – Уверен, ты просто приглашаешь меня тебе вставить, пока ты спишь. Я шутливо шлепнула его по груди. – Я говорю, не в меня входи, а в номер! Вестон ловко перекатился так, что я оказалась на спине, а он надо мной, и убрал волосы с моего лица. – Моя идея мне нравится больше.

Очень часто нам кажется, что в душе царит сумбур, но на самом деле в нас говорит страх перед тем, что мы чувствуем.

Выражайте свои чувства. Хорошо вам или плохо, постарайтесь быть откровенным. Не лгите и не умалчивайте, что у вас на уме.

В вашей жизни будут возникать ситуации, когда вам захочется свернуть с пути, и порой устоять перед соблазном будет чего-то вам стоить. Все дело в том, насколько вы этого хотите и чем готовы ради этого пожертвовать.

Я не говорю, что меняться легко, но если вы готовы взяться за любую работу со скромной оплатой, то у вас хватит на пропитание и крышу над головой.

Есть очень немного вещей, о которых я стану спорить с пациентом, и способность измениться – одна из них. Мы все можем меняться. Пусть не в ДНК, но наше отношение к людям мы в состоянии модифицировать. Это не всегда легко, но первый шаг – осознание. Надо признать, что пора меняться, и захотеть, чтобы все стало по-другому. Правы вы насчет себя или ошибаетесь – это почти несущественно. Важно, чтобы вы верили, что это правда, и чтобы у вас появилось желание измениться.

– Почему я вообще с тобой ужинаю, с таким засранцем? – недоумевала я. Вестон подошел сзади вплотную и прошептал мне на ухо: – Потому что тебе нравится мой член. Я отодвинулась. – Иногда это единственное, что мне в тебе нравится.

Работа флориста сродни работе священника: люди приходят сюда в поисках прощения за свои грехи, а кто-то посылает цветы отнюдь не своей жене. Вы бы удивились, сколько интимных признаний нам доводится выслушать, пока мы составляем букет.

– Знаете, что общего у узких джинсов и дешевого отеля? – Что? – с любопытством спросила София. – И там, и там яйца прижаты, не повернуться.

– Приятно познакомиться, мистер Торн, – сказала Скарлетт. – Зови меня Уолтер, – заявил он. – Что за фигня? – возмутился я. – Значит, мне надо называть тебя мистер Торн, а эти две не успели познакомиться и уже могут звать тебя Уолтер? – Будь ты таким хорошеньким, как они, я разрешил бы тебе называть меня как угодно.

К старому человеку нужно обращаться уважительно, пока не заслужишь чести называть его по имени.

Жизнь-то у нас одна.

Путь истинной любви не бывает гладким.

– Он как яркая звезда в темную ночь: рассеивает тьму, но быстро сгорает и рассыпается в крошку, и тогда ты остаешься в темноте. – Солнце, между прочим, тоже звезда. Иногда звезды возвращаются каждое утро.

Порой люди какими кажутся, такими и являются.

Хорошие ищут в других хорошее.

– Некоторые рождаются великими, другие достигают величия, а третьим величие приходится вгонять. – У Шекспира сказано, что третьим величие даруется! – засмеялась София. Я подмигнул. – Ну, позже и так попробуем.

Дружба для хорошего секса необязательна.

– Во-первых, что еще за «миловаться»? Я понимаю, что ты американка, но не семьдесят же тебе лет! Давай отнесемся к тому, что происходит, с должным уважением. Путаться, трахаться, сношаться – я стерплю даже «дрючиться» из этого отстойного сериала «Берег Джерси», которое вы, янки, так любите! Во-вторых, мания кровной вражды у твоего деда, а не у тебя. Этот яростный Адонис что-нибудь тебе сделал? Не считая, как я подозреваю, множественных оргазмов?