Цитаты из книги Sleeping Beauties

Фрэнк подался назад и ударился затылком о шкаф, который стоял за его стулом. В голове вертелась одна мысль, неуместная, но четкая: в новостном выпуске заглушили ругательство, однако позволили Америке наблюдать, как женщина откусывает своему мужу полноса. Расстановка приоритетов определенно дала сбой.

Ты всегда идёшь домой, когда тебе больно и плохо.

Самый надежный способ добиться своего - улыбаться и выглядеть безобидной.

Иногда ты получаешь желаемое, однако чаще получаешь то, что получаешь.

Этот инстинкт - сомневаться в том, что говорят женщины, от него никуда не денешься. Искать причину не верить им на слово. Мужчины так делают... но и мы тоже. Я так делаю.

Иногда ты получаешь желаемое, однако чаще получаешь то, что получаешь.

Но, с другой стороны, женщины всегда сбивали мужчин с толку. Они были магией, о которой грезили мужчины, и иногда их грезы оборачивались кошмарами.

Судил ли он всех мужчин по себе? Нет. Он был членом племени, ничего больше. А кто был настоящей загадкой, так это женщины.

Вчера я заказала мексиканскую еду. И теперь не могу лечь, пока не воспользуюсь сортиром. Знаешь, это чистая правда: то, что выходит, подозрительно напоминает то, что вошло.

Я меняю кошачий лоток и выношу мусор по пятницам. Мы на равных. Честное разделение труда.

...Она вспомнила старую поговорку амишей: «ПОЦЕЛУИ ЗАКАНЧИВАЮТСЯ, СТРЯПНЯ – НИКОГДА». Ее можно было применить ко многим понятиям, когда дело касалось женитьбы. К честности. Уважению. Доброте, в конце концов.

Ученики старших классов - ненадежный источник информации

Полиция маленького городка в своем репертуаре, подумал Лоу. Запереть дверь после того, как оружие украдено.

Я буду просто сидеть здесь и наслаждаться славными воспоминаниями о моем муже, которому хватило чувства такта сыграть в ящик прежде, чем стать говном.

Поцелуи заканчиваются, стряпня - никогда.

Но мужчины чаще дрались, чаще убивали. В этом полам никогда не стать равными: муж

чины и женщины представляли разную опасность

просил себя, а что еще ему следовало сделать, и внутренний голос тут же ответил: «А что еще ты мог сделать? Может, мог, ну, не знаю, Фрэнк, наверное, это звучит дико, но, может, ты мог не беситься?»