Отзывы о книге Улетающий Монахов

Совершенно новое, хотя и слышанное где-то когда-то в около- межлитературии, но всё-таки незнакомое писательско-авторское имя. Будем честными, да? — ведь именно этот роман Андрея Битова выбран-то был только из-за своего небольшого объёма! И потому с самого начала Игрок тянул время, дочитывал апрельские внеигровые хвосты и не спешил начинать майский этап долгопрогулочного забега — ибо успеется. А потом вот это неспешание и протягивание книги сквозь все тесноты внутрисобственных закоулков и узости внутриличностных читательских жиклёров было уже осознанно специальным и нарочито медленным — так крошечными укусными порциями вкушают ресторанную еду в приятной дружеской компании, и так длят и тянут рукаобручную прогулку с любимым человеком (помните, как в фильме «Девчата» — «Так короче», — заявляет несведущая кнопка Тося Кислицына, а лирический и героический Илья Ковригин со знанием дела отвечает «А так длинней»).

В общем-то ожиданный, однако всё же редкостный дар А. Битова вместить в коротенький и не особо богатый заковыристостями сюжетного хода роман такую уймищу чувств и переживаний, воспоминаний и разной величины событий и происшествий, что по прочтении стапятидесятистраничной книжки кажется, что прожил вместе с главным героем Алексеем Монаховым всю его полувековую жизнь — прожил день за днём, чувство за чувством, встречу за встречей и расставание за расставанием. И вообще, как будто и не про неведомого Монахова написан этот литературный ежедневник, а тебя самоё вспомнили и расписали по дням и минутам, по ревностям и любовям, по поцелуям и спешным и дискомфортным, украденным у соперника(ков) и у судьбы пересыпам и перепихам гдепопало и коекак. И ты узнаёшь в книге и себя, и свои истерзанные чувства и истрёпанные состояния, и своих случившихся и неслучившихся любимых — какие-то из них и в самом деле оставили память на всю несколькодесятилетнюю жизнь, но другие, — о которых казалось, что вот навсегда и накрепко, — как-то незаметно отпали листочками отжившего и отслужившего своё отрывного календаря твоей жизни. Но совершенно точно, — и это Андрей Битов или вспомнил из самого себя, или подсмотрел у кого-то другого, но однозначно не придумал — что есть та самая твоя личная незабвенная и никогда не забываемая «Ася», имя которой до сих пор, встреченное хоть в литературе, хоть в жизни у совершенно других особей женского пола, встряхивает твою однолюбскую суть сейсмической семи-восьмибалльной волной, и сейсмографы твоей души зашкаливает от афтершоковых колебаний, и ты тогда вновь мечешься по жизни и по своему городу, по своим мыслям и чувствам, по памяти и по горьким сожалениям, и вновь понимаешь, что ничто никуда не делось и не умерло, но просто застыло, затаилось на время внутри тебя, но всегда готово выплеснуть наружу...

Собственно говоря, и весь этот отзыв по сути своей является простым резонансным явлением от испытанного потрясения. И совершенно не хочется писать ни об особенностях авторского писательского стиля, ни о глубине проработки образов, ни о тщательно и искусно выверенной схеме, когда в первом рассказе мы не знаем даже имени влюблённого Мальчика, потому что оно совершенно не важно, его имя, но важны сама суть и сущность — безнадежно влюблённый Мальчик, зато дальше мы уже узнаём и имя нашего лирического героя, а затем уже и фамилия вступает в свои права…; ни об искусстве описаний внешнего мира и внутренних состояний героев, ни о достоверности событийного ряда, ни о скрупулёзной точности словарно-семантического битовского ряда, ни о постперестроечном философском рассужденчестве о сути и природе Свободы, рассужденчестве немного странном для этой книги, впрочем столь же странном, как странен и сам роман; ни о той временнОй протяжённости романа. — из конца пятидесятых сквозь расцвет и затем застой социального строя и наконец уже сквозь перестроечные кочки и ухабы — так точно лёгшей на временнЫе этапы жизни нашего лирического героя Алексея Монахова и практически зеркально отразившей и все ухабы и кочки его жизни; ни о всей прочей чепухе и ерунде. Достаточно того, что теперь в мою читательскую жизнь вошёл новый Писатель — Андрей Битов.

По прочтении романа у меня было только одно слово в голове : "скучноооооо". Сюда можно еще добавить другие наречия, такие как бессмысленно и беспощадно, по отношению к читателю, решившему прочесть сей труд и получить как минимум эстетическое наслаждение. А в итоге только недоумение и озадаченность : "И на этот труд ушли годы написания ?". В стотысячный раз задаюсь вопросом: зачем все это нагромождение красивых витиеватых слов и фраз, рассуждений обо всем и ни о чем, за которыми теряется всякий смысл ?

Я даже не говорю о том, что герой скучный и абсолютно безликий в своей бесхарактерности, абсолютной бесхребетности и представляющий из себя амёбу или желе : ткнули, в эту сторону и наклонился, куда позвали , поманили, туда и побежал, потому как считаю, что и о таких можно написать интересно, живо и как минимум поучительно. Ради чего мы читаем книги ? Ради чего все эти труды писателей ? В чем здесь смысл и пресловутая мораль , которая должна, на мой взгляд, присутствовать в каждой книге , иначе зачем всё это ?

Прочитав две книги подобного плана меньше чем за пару недель , меня уже , честно говоря, коробит от всех этих измов. Когда, на мой скромный взгляд, за формой теряется суть произведения и мне как простому читателю глубоко все равно насколько оно изысканно с литературной точки зрения, если оно не оставляет в моей душе ничего , кроме раздражения и чувства сожаления о зря потраченном времени.

Что я могу вынести из такого выстраданного автором произведения ? О чем оно ? О любви ? О матриархате и соответственно о подавляемом матерью морально мальчике и как следствие этого , поисках любви и понимания на всю оставшуюся жизнь ? Но складывалось ощущение прыжков от одной к другой без особых чувств и привязанности, за философскими размышлениями ни о чем эта так замечательно и проникновенно начавшаяся было история потухла как догоревшая свеча.

Сама по себе история, рассказываемая автором меня лично не заинтересовала никоим образом и соответственно не вызвала никакого отклика в душе. И думаю, что дело здесь не столько в скучном персонаже ( повторюсь) и форме ( так называемый поток сознания у Фолкнера, например, идет на "Ура" просто), а в неспособности автора вдохнуть в историю жизнь, вложить в уста персонажей интересные мысли, рассуждения, а не философские изыскания, которыми, я уверена, не настолько сильно озадачен бывает рядовой читатель.

Можно, конечно, сказать о великолепном и изящном языке автора, о богатом внутреннем мире героя, но честно говоря, радует только , что познакомилась с творчеством автора и благополучно не буду продолжать.

Книга состоит из нескольких рассказов, объединенных одним героем, Монаховым. Его жизнь показана пунктиром, эпизодически. Сначала он ещё совсем мальчик, безнадёжно влюбленный в ветреную девушку Асю. Он мечется по улице, по  подъезду, не решаясь позвонить в  её дверь.  Затем он студент, страстно желающий встретить Новый Год всё с той же Асей, но вот незадача, им никак не удаётся уединиться. Опять смятение, предчувствие, ожидание и крах иллюзий. Далее это состоявшийся мужчина, ожидающий первенца. Но Ася не отпускает героя. Спустя 10 лет, они неожиданно встречаются, пытаются возродить былое. Но ничего не получилось. Бессмысленная попытка полна аллюзий из прошлого. Все чувства поблёкли, даже вызывают брезгливость. Далее проходит еще несколько лет, и ещё несколько. В каждом новом эпизоде стареющий Монахов пытается осознать смысл своего существования, найти себя настоящего. Но все попытки не доведены до конца, всё брошено на полпути. И вот он финал - всё и всех уравнивающая смерть. Путь человека окончен. Мятущийся Монахов наконец-то улетел.

Люблю я книги-лабиринты, книги-лестницы, где каждая строка - как отдельная ступень, где каждый может или пробежать пролет в спешке, или идти размеренно, оставляя следы из цитат и мыслей. Книги, в которых хочется найти отражение себя, согласиться с героем, либо поспорить с автором. Книги, в которых хочется заблудиться, петлять, проваливаться в глубины снов, но обязательно выбраться! И именно таким маячком стал для меня роман-пунктир Битова. Но так ли легко выбраться, если в этом лабиринте каждая новая калитка, каждый новый поворот не приближают появление выхода, а наоборот, погружают еще глубже, вдавливают тебя в текст. Но ведь тем и прекрасен лабиринт - своими неожиданными поворотами и закоулками, не так ли - ведь там может храниться много тайн и загадок. И я, скорее, не о сюжете романа, но о его наполнении.

Почему-то мне захотелось пристыковать роман к прочитанным мной произведениям Джойса или Хаксли, которые также как и "Улетающий Монахов" не давали сильно соскучиться, где строки скребли мой мозг, оставляя на подкорке и в сознании нацарапанные строчки. Так что нам несет пунктир? Несколько рассказов, каждый рассказ - отдельная калитка, ведущая к раскрытию образа главного героя. Вначале мы встречаем мальчишку, потом появляется Алексей и далее мы ведем внутренний диалог с Монаховым. И все это - один человек, который с помощью данных образов и обращений проходит по ступеням своего жизненного опыта и становления. У каждой ступени - свое наполнение, будь то люди, которых он встречал на своем пути, или события, которые с ним происходили, позволили по-новому смотреть на жизнь и переосмысливать ее...иногда.

На протяжении всей жизни за ним тянется пунктир в виде влюбленности, юношеских чувств к девушке Асе, а последняя то появлялась в его жизни, то пропадала, но в каждом рассказе чувствовался ее дух. Пунктирная любовь, не раскрытые до конца эмоции и чувства, и быть может в чем-то поломанная жизнь, и не только Монахова. В целом, мне очень нравится определение самого Битова относительно героя: "Замирающмй на грани мысли". Герой, который живет степенно, обыденно, думает о простых вещах, а потом "ба-бах", неожиданное - для героя - событие будто переворачивает его. Это мог быть влюбленный в его любовницу юноша, или солдатик, бегущий по взлетной полосе, или давно читанная книга о любви. События эти, естественно, переворачивают не жизнь героя, для начала - мысли, он начинает философствовать, абстрагироваться на высокие понятия, представления и ожидания. Он идет от точки к точке, пробирается сквозь рутинные мысли, выходит будто на новый уровень и вроде даже начинает придумывать новый план жизнь, но...потом все останавливается, резко...Будто не хватает ему смелости до конца на что-то решиться, боится он новой - всего лишь возможной - жизни,и поэтому "замирает", так и не "дожив" мысль до конца. Не может Монахов стать птицей-феникс, не может переродиться и построить жизнь заново на пепле. Простой лентяй, как мне казалось порой, не желает преодолевать обстоятельства.

Как уже отмечала, наполнение романа, его текучий и какой-то медово-сладкий ритм, обволакивающие образы, позволили проникнуться слогом автора, поиграться и насладиться его метафорами...

...ощущал он приятную свободу, словно передвигался в нарзане, а остальные в клею...

И сразу ты представляешь как пузырики подхватывают тебя, как ты скачешь с легкостью с одного на другой, мерно плаваешь в приятной и чистой воде, а другие - вязнут в жиже, она не выталкивает их, а тянет на дно. И вот этой легкости Монахову и не хватает, как по мне. Он постоянно носит с собой "груз мыслей", про которые думать боится, которые прячет в глубинах, а ему быть бы таким же легким и бесшабашным в чем-то, как и его Асе. Жить приключениями, чем-то интересным. И было желание "поставить" героя под ледяной душ, чтобы все тяготы смылись, чтобы остался он новым человеком. Но! Он придумал себе роль, он несет ее сквозь всю жизнь, он идет по ступеням ни вверх, ни вниз, а просто параллельно жизни, просто по прямой, пунктирной, просто потому, что так написана роль...а он не хочет ничего переписывать!

Какая все-таки удивительная и странная книга. Вот смотрю я на лестницу на обложке и буквально вижу сходство между картинкой и собственным восприятием этого романа в рассказах: "О, как красиво, надо срочно наверх! Ой, одышка, передохну. А вот и последняя ступенька... А зачем я вообще поднималась?".

Начало книги действительно завораживает. Рваная, резкая, какая-то горькая не то любовь, не то одержимость. Мальчик и какая-то девушка старше его. Мальчик, который готов ночами сидеть и ждать ее в парадной, зная, как волнуется мать. Мальчик, который может топтаться на морозе часами, думая, что она просто опаздывает. Мальчик, в голове которого хаос мыслей и чувств от любви до ненависти, от страха до желания убить, от обиды до искреннего восхищения. И Битов так сочно передает весь этот жужжащий рой, всю эту метель эмоций, только и успевай подстраиваться, но не спеши, читай медленно, откладывай, пропусти через себя несколько раз. И вот у тебя уже тоже что-то все сковывается и сжимается внутри. И вот ты уже завидуешь Асе, потому что если тебя так и любили, то ты этого не замечала. И вот ты ненавидишь Асю, потому что права была Нинка — проститутка она и вообще дрянь. Крутит и вертит мальчишкой, использует его во всю, не любит его... Или все-таки такая у нее любовь непонятная? Ох, не знаю, но в подружки себе бы такую Асю не хотела.

Но как же написано это все! В какой-то момент просто ловишь себя на мысли, что срочно хочется встречать Новый Год, обязательно с конфетами и тазиком салата, а потом идти с вином в парк. Или нет! Лучше прямо сейчас собраться и уехать в Питер, чтобы гулять по Ботаническому Саду, дышать-дышать-дышать этим воздухом, все тем же, но уже совершенно иным. Или нет! Лучше зимней морозной ночью тащиться через весь город, много курить, зябнуть и думать обрывками мыслей, не всегда своих, но очень серьезных и немножко про любовь... И вот еще зимним утром распахнуть окно, вдыхать свежесть нового дня, сидеть на кровати, поджав ноги, и курить. Черт возьми, зачем же я больше не курю?!

И когда ты уже готов обожать эту книгу, все начинает плавно ухудшаться. Сначала мы натыкаемся уже на взрослых героев. И вроде радостно, что Монахов и Ася таки не вместе, вроде доволен, что мальчишка вырос с мозгами, что жена у него вот-вот родит, что на работе ему там что-то хорошее перепало, а потом понимаешь, что нет больше того Алеши... Есть унылый и совершенно амебный идиот. А Ася не изменилась, разве постарела. И права была Нинка... И вот этот третий рассказ сбивает с настроения. Почему так стало? Зачем? Что случилось? Бежишь читать дальше, надеешься найти ответы, но ничего хорошего больше нет. Родителей жалко, своих сразу хочется обнять. А вот про деревья интересно. А дальше Наталья какая-то появляется. А дальше все уже совсем другое, но абсолютно такое же, Битов повторятся, вводит похожих героев, но слишком много вина не только в книге, а, кажется, и в голове автора. И похмелье там же. И какой-то сумбур, какое-то безумие, череда смертей и сплошное недоумение. И стиль портится, будто варенье засахарилось и уже не такое сочное. Будто Битов пытается словить собственную волну, но у него не выходит, он психует, срывается, в текст врываются неподходящие слова, не укладывается в голове, не остается внутри. И вот не знаю, может быть, стоит взять и перечитать вот прямо сейчас? Вдруг вторым заходом картинка сложится лучше? Или отложить и не возвращаться, оставить в памяти лишь первые рассказы, а дальше пусть забывается, ну его... А в целом, опыт очень уж интересный вышел. Битова однозначно еще читать, в Питер срочно ехать, зиму кое-как дождаться, но курить не начинать.

Сложно поверить в то, что самая отвратительная, приторно скучная книга не та, которая пуста в эстетическом и смысловом плане, а, напротив, которая наполнена прекрасными метафорами и отсылками к твоей собственной жизни, даже если ты ее еще не прожил и, быть может, и не начинал. В какой-то момент чтения наступает погружение в свой мир, который создавался похожими по настроению моментами. Ты задумаешься над тем, а есть ли в этом романе настроение... но его нет, как и идей. Этот роман вообще не идеален, он – всего лишь оформившаяся в несколько повестей мысль. Молодая мысль, в которой не герои, а местоимения. Зрелая мысль, заявляющая о личности по имени и фамилии. И последняя мысль об отсутствии этой самой личности. Кажется, что где-то мелькала любовь, ты сам ее ждал у запертых дверей, а, быть может, среди своих местоимений на перроне пригородной электрички…

Роман назван пунктиром, но на его середине линия вдруг становится трезубцем в размышлениях Монахова. Его варианты того, как он мог бы поступить, вдруг предстают особо друг от друга и – ан нет – снова встают в одну сплошную. Пунктиры членятся вновь, находя параллельность в метафорах. Потом эти метафоры будет придумывать сам Монахов: существование жизни в бесконечном спектакле, запятая в самом конце книги с вырванными страницами, память – напоминание, непонимание – знание, бесконечные оттенки неподуманного, кратность бытия без краткой боли и короткой обиды, сокращение до одиночества, траченное место, «рифма»… Метафоры заменяют жизнь. Ее линия завивается в локоны дежа вю… Опыт становится отбросами. Тебе самому кажется, что все это ты уже читал, а иногда доходил до того сам, сам проживал, но, вместе с героем, задаешься вопросом «Когда же?» И нет ответа, как и нет жизни, потому что местоимение - не герой, фамилия – не личность, имя – вранье, то, что называлось жизнью, ушло... а так спешно вошла в роман наметка мысли о Боге и о чем-то идеальном. Но нет. Снова бессмысленная пустота... трусость, нерешительность, «подделанность под судьбу». И это все уже было. Пунктирные повторения «точка в точку»… И яблочки в черных жестких точках. Словно точки ставит здесь точность. На память.

«Как бы ни был далек поэтический образ, чужд и странен – он прежде всего всегда конкретен, даже не только точен, а именно предметен до чрезвычайности». «…та свобода, которой награждает своих героев автор, рождается из той, которую он героически отвоюет у собственной жизни, и то – лишь в акте творения!.. <…> Поэты – певцы свободы не потому, что воспевают ее, а потому, что гибнут. Оттого с ними и носятся как с героями, что они удерживают свободу дольше всех и сохраняют за собой ценой гибели. Поэты – это герои самой литературы. Они уже не люди, но и не персонажи. Они – граница жизни и слова».

По сути, Битов написал прозой целую поэму, настолько роман лиричен, но по-бытовому сух. Он дает в книге презабавную теорию живого и мертвого героя. Теорию без жизни. Смерть литературного героя, у него, - милосердие автора. Как-то угнетающе выходит, если перенестись в реальный мир, есть ли в нем создатель или нет – в любом случае. И если нет, то жизнь похожа на беснующуюся в пунктире скуку романа, а если есть, то кроется ещё надежда в том, где остались недосказанности, недоделанности, а многое повторяемо не раз. В непунктирной Книге ведь ничто не сваливалось на голову без того, чтобы свалиться на нее понарошку. Быть может, и этот роман нужно было когда-то прочесть для своего «понарошку». Тем, кто никогда не задумывался над пустотой. А сейчас он похож на то, что должно было свалиться на голову, да ты уже был предупрежден. И в памяти не отразится, сколько точек не впечатывай в одно и то же место.

Как хорошо и ярко все начиналось и как скучно закончилось. О чем была эта история? Сначала казалось, что о любви: безответной и грустной. Алексей безнадежно влюблен в девушку Асю, которая старше и которая, прямо скажем, динамит его. И на протяжении всей своей жизни Монахов никак не может избавиться от этого любовного наваждения: у него появляются жены, ребенок, но это все будто бы не то, все "так и не так". В какой-то момент уже начинает казаться, что он избавился от чувств, но незримо Ася всегда с ним. На самом же деле вряд ли можно назвать то, что было у Алексея к Асе любовью, скорее это какое-то тупое желание добиться (как бы обозначить, что она - его собственная) придуманного им образа. Чего в этой книге нет - так это страсти, все очень вяло и ужасно безжизненно: отсутствие диалогов, текст, идущий сплошняком. И автор, к сожалению, как будто и не пытался наполнить свою историю какими-то яркими чувствами. Здесь не было даже кульминации, все ровно: вот живет маленький человечек Монахов, вот он навсегда влюбился, вот расстался, а тут жена, ребенок, новая жена, Наташа, поэт Ленечка, Светочка, похороны. Отдельно хочу отметить невнятного поэта Ленечку: автор ведь вводит его, чтобы Алексей увидел, как он сам смотрелся рядом с Асей, как ужасно выглядит безответная любовь, как важно быть мужиком! Впрочем, это не особенно повлияло на главного героя, но попытка была. О чем же все-таки была эта книга, если не о любви? О человеке, который ничего из себя не представляет? О том, как важно уметь сделать правильный выбор и не сворачивать никуда с избранного пути? О свободе? О необходимости избавиться от прошлого, как будто его не было, о жизни в настоящем? Об умении быть реальным хозяином своей судьбы, которым главный герой явно не обладал? Наверное, обо все этом и одновременно ни о чем конкретном. Хоть в моем отзыве больше отрицательных впечатлений, хочется выделить язык автора: он очень аккуратный и выверенный, если можно так сказать. Это несомненное достоинство книги: сюжета как такового не было или он был не интригующе-завлекающим, но само написание заслуживает положительной оценки.

«Видно, все же подкосила меня жизненная сила, видно, духу не хватило — меня ждут... Видно, впрямь дорога к Богу — слишком длинная дорога, слишком дорого и много... Господи, прости!» Роман прекрасен в своей простоте и жизненности. Он обычен и понятен как домашние тапочки, но подача волшебна, потому что Битов – мастер литературного языка и точных портретов. Больше всего меня тронули первые страницы и сцены. Маленький мальчик верил взрослой любимой женщине и у него даже вопросов не возникло, сомнения его тоже не посещали, потому что он знал, его Любимая говорит только Правду и ничего кроме Правды. Как чаще всего и бывает, сына ему родила случайная нелюбимая женщина. Ася – расчётливая и недалёкая дамочка, в которой герой со временем разочаруется. Обыденно, грустно и красиво Битов показал историю взросления и становления типичного мужичка, который хотел любить и ничего более. Замечательный роман о душе, любви и о том, что в жизни никогда не случается так, как хочется, а случается так, как меньше всего ожидаешь.

Наверное, каждому в определённый момент жизни кажется, что он чувствует что-то особенное, да и по-особенному, тоньше и ярче, чем простые смертные вокруг. И тогда рука сама тянется к стаканчику с пишущими принадлежностями, дабы сохранить чудное мгновенье, найти нужные слова, пробирающие до мурашек любого прочитавшего. Увы, в большинстве случаев из этого выходит только унылое растекание мыслью по древу на несколько страниц – пустая трата бумаги да ощущение досады в результате. Что-то свежее, оригинальное и остроумное выходит у единиц. Андрей Битов же застрял где-то посередине между нами, серой массой, и этими вот одарёнными единицами. Порой в его произведениях встречаются совершенно прекрасные, заставляющие задуматься и трогательные замечания, но в «Улетающем Монахове» эти жемчужины приходится выискивать под толстым слоем на редкость скучных и затянутых описаний ощущений и мыслей главного героя, его неясных желаний, путаных похождений.

Монахов, главный герой – человек неприятный. Эгоист, бабник, тряпка, избалованный и постоянно сомневающийся в том, чего хочет. История его жизни бестолкова, а метания под влиянием то одной, то другой юбки выглядят просто жалко. Мама, Ася, Катя, Наташа, Света, обстоятельства, но только не собственные желания и стремления. Чего-то захотеть, принять решение и следовать ему – из разряда «миссия невыполнима». Вместо этого Алексей болтается туда-сюда по течению, как говно в речке, изредка вяло гребя в сторону какой-нибудь махнувшей хвостом дамочки, которая вроде как и не нравится особо, но зачем-то надо. Целые пирамиды вранья выстраивает, потом сам же всё бросает, влипает по-новой… а читатель страдай, следи за этим рохлей, вздыхающим время от времени по своей Асе. И отвлечься-то не на что: описания все такие серенькие, блеклые у Битова. Даже красочный и шумный южный город Ташкент ничем не отличается на страницах этого романа от холодного северного Петербурга. Печаль.

Только и остаётся, что сосредоточиться на любовных – хотя какая у Монахова любовь, помилуйте, одни пустые увлечения, дань инстинкту – похождениях и эпизодах таскания за женщинами в неясном томленьи. Ну, из серии – она полдня по магазинам и парикмахерским, а ты её проводи да подожди на крылечке, и может быть вечером получишь, чего хочешь. Типичное времяпрепровождение главного героя, как и ощущение «я сам не понял, как здесь оказался, и тем более не понял, зачем это мне было надо, и эту-то я уже не хочу вовсе». Просто удручающе безвольное созданье этот ваш Монахов, и не капельки не любопытна мне его жизнь и содержимое его черепной коробки. А ведь начиналось всё неплохо – первая часть книги с пылким влюблённым юношей и коммунальным бытом была действительно интересна.

Возможно, если бы выкинуть половину душевных метаний главного героя и сократить книгу вдвое, история слабого мужчины и его влюблённостей получилась бы более лаконичной и ясной, осталась бы в голове и сумела бы натолкнуть на размышления и вызвать какие-то чувства. Но краткость, увы, не сестра таланту Андрея Битова, и всё затмила скука. И несмотря на то, что текст вроде и не плох, несмотря на то, что ругать не получается, оценить затянутую, серенькую историю, заставляющую читателя тонуть в море незначительных подробностей, лишних прилагательных и эгоистичных, банальных размышлений жалкого мужчинки, у меня совсем не получилось.

Вот что значит влюбленные - слепы... Слепы-то они слепы, да как ловко. К себе и слепы. Видят, что только захотят. Что только захотят, то и видят. Так что же, я и тогда не любил?..

Мальчик, Алеша, Монахов...мне так и хотелось спросить у автор, а где развитие? И я не о сюжете, я о герое!.. Неужели в романе, на создание которого ушло 30 лет, должен быть такой герой...настолько мелочный, зависимый, не умеющий испытывать свои эмоции...любые! Я уж не говорю о любви,любовью тут и не пахло...болезненной зависимостью - да, желанием обладать - да, но точно не любовью. Так может и все "перипетии, сопутствующие изданию романа в условиях советской цензуры" были не просто так, конечно нет тут ничего сексуального...ну только если воспоминания героя о вкусе Светочки там...ну так что же, кажется звучит это не очень сексуально. Быть может просто действительно не стоило выпускать данное произведение? В чем смысл? Какая мораль? Поиск любви? Нет. Понимание свободы? Увольте. Философские рассуждения? Нет, что вы. Может быть раскрытие темы отцов и детей? И снова мимо. Так о чем книга? О чем эти монотонные и периодически бессвязные рассуждения?.. Роман-пунктир, роман в рассказах, где каждый рассказ это какие-то новые душевные муки героя. Да вот только...безэмоционально настолько, что каждую страницу продираешься сквозь длиннющие монологи, которые не трогают ни одной струны души. Ты читаешь и ждешь накала..ну вот, Монахов, вот сейчас я увижу, что ты превратился из амебы в человека! Но нет...все по накатанной, все по какому-то склизкому пути недолюбви.

Причина первая: может быть этого мальчика недолюбили в детстве? Так да, недолюбили...так что же он настолько не может держать свой член в штанах, когда на его пути возникает какая-то одна из "тех самых"?.. А если смог удержать, то потом сам себя захваливает, какой же он молодец...ведь женатый человек, а не дал другой/бывшей/новой. Не дал этой, так пойдем к другой...наверное, поступок истинного мужчины, да что уж истинного, хотя бы какого-нибудь мужчины. На самом деле мне эта книга напомнила другую, не сюжетом, а именно ощущениями к герою - это "Искренне ваш Шурик" Людмилы Улицкой . там такой же скользкий персонаж, маменькин сынок, неугомонный к тому, чтобы с прямого пути все налево сворачивать...

Причина вторая: может быть мальчика недовоспитали? Так да, недовоспитали...судя по семье, так там плохо скрываемый матриархат, а отец командировочный. Что уж тут говорить, что привычно мальчику на женщин смотреть снизу вверх, боготворить их, а в душе не ощущать к ним ничего - полный ноль. Таскаться за одной, жениться на другой, уйти к третье, выцепить четвертую...и вздыхать по первой. Что-то слишком сложный путь у героя...а герой ли он?

Человек, у которого все мысли уже "обдуманные", все образы "обсмотренные", вся жизнь " прожитая"...весь он как будто бы должен быть мудрее, но нет... Он вызывал только одно чувство - жалость, причем такую мерзкую жалость...когда смотришь на человека, жалеешь его, но еще и наподдашь, потому как...ну нельзя же быть таким то.

Полный ноль. Ноль эмоций, ноль жизни...обнуленный до основания мальчик.