Ты

... Люди с волнением смотрят на тебя. Ты словно играешь в пьесе. Не в телевизионной требухе, ради которой ты сюда прилетела [...], а в настоящей, серьезной пьесе, вроде пьес Чехова или... вроде пьес Чехова, где люди рыдают, с мольбой протягивая друг к другу дрожащие руки.

... Этот талант и есть разгадка твоего профессионального успеха: сейчас, когда в твоей жизни, может быть, уже разразилась катастрофа, ты спряталась от нее в другого человека.

... Всмотрись в толпу [...] Все эти люди уродливы, [...] удивительно ль, что они рвутся в модный театр на Бродвее, [...], что они смотрят все твои выступления по телевизору, замороженные не твоими великолепными зубами и воздушным профилем, а мерно гулящей поверхностью экрана, который внушает им, что все хорошо, все правильно, они ведут себя, как положено нормальным, добропорядочным уродам, существам иной породы, чем ты и тебе подобные. Ты и тебе подобные...