Глава 91. Визитка от графа
Итак, по всем расчётам, у меня было теперь около трёх недель, максимум – месяца, чтобы уладить дела, найти дядюшку и, по возможности, царевну.
Нет, конечно, дело вовсе не в сроке, установленном Болотниковым для следующего «контрольного созвона». Просто на больший срок оставлять поместье я не мог – кто знает, какое примут решение мологвардейцы и прочие недруги.
А сейчас – надо было спешить.
Благо, навык делегирования у меня был развит неплохо. Мои управляющие – Макшейны, Ангелина, Сергей с Изабеллой на заводе, Рустам с Вакой и мужиками на точках и винокурнях – управлялись с делами более чем отлично, и за эти части бизнеса я не беспокоился. Но любой бизнес жив, если не остановился, не стагнирует, а развивается. Растёт вширь, вглубь – и так далее. И сейчас, на фоне пертурбаций в мире и колониях в частности – настало самое идеальное время, чтобы бизнес вырос вширь.
Царевны – царевнами, но иначе мира мне не захватить.
Если брать географию колоний Новой Южной Аттики, то здесь имелись городки-колонии, которыми даже полноценными княжествами назвать язык не поворачивался – Салтыковск, Коршунов и Усть-Нокс на южном побережье. Все они были населением менее пятидесяти тысяч человек и кормились в основном сельским хозяйством, рыболовством, нередко – с применением рабовладельческого труда. В одних, где имелись военно-морские базы – ситуация была получше. В других царствовали пираты и типичные дворянско-бандитские кланы.
На фоне этого самым лакомым куском был, разумеется, Нововаршавск. Мегаполис с пятью миллионами жителей, плюс примерно столько же – в контролируемых властями территории княжества. Как и у нас здесь – западнее была «серая зона», на которой обитали порубежники-маори и контактные данайцы, а ещё дальше – дикие, почти неизведанные земли, полные чудовищ и неконтактных племён и народов.
Но вот по зубам ли мне будет Варш? Как-никак, пять миллионов человек – это более чем прилично.
Поэтому в первую очередь я раздумывал о поездке в Астрономск. Городок поменьше Югопольска, расположен близко, к тому же – города связывает дорога.
К этому времени я уже навёл справки и выведал всё у Фрола, что он смог запомнить. Именно в Астрономске было совместное предприятие местной сети алкомаркетов «Дух Алкоголя» и семейных виноделен «Дионисовых». Обширный региональный распределительный склад с вином, включая очень старые и дорогие бутылки. В общем, сейчас всё выглядело как идеальное время, чтобы наведаться туда.
Оставалась одна проблема. Княжна Марьяна очень скоро начала скучать. Причём скучать так, что я начал серьёзно беспокоиться.
Не учудит ли чего?
Нет, успокаивал я себя, она не была глупой. Импульсивной, взбалмошной – но не глупой. Понимала, где кончается скука и начинается риск для жизни. Поместье после моей дуэли она покидала лишь пару раз раз, на автомобиле, ездила в компании тётушки и Штирцей в Номоконовск и во врачебный кабинет. Остальное время посвящала чтению, общению с домашними – с тётушкой и Кристобалем у неё нередко возникали прелюбопытные разговоры об алхимии.
А ещё ночью я как-то поймал её за прогулками по галерее второго этажа. В костюме Евы, разумеется.
– Ой! – хихикнула она и тут же ретировалась в свою спальню. – Мне просто не спалось…
Невинная шалость, в общем-то, с кем не бывает, подумал я, сознательно игнорируя непрозрачный намёк.
Но я понимал, что рано или поздно случиться что-то посерьзёнее. И она всё-таки нас напугала.
На пятый день, прямо перед отъездом, после заката мы собирались ужинать, привычно, за большим столом в гостиной, но она долго не спускалась.
Когда я попросил служанку подняться в покои и позвать – она вскоре прибежала с глазами по пятаку и объявила:
– Её сиятельство… княжна… сбежала!..
Вечер перестал быть томным. Я быстро принял решение и раздал команды:
– Так. Вы двое – прочешите ещё поместье. Ангелина – скатайся на хутор, в дом Штирцей. Стёпка, Вака – дорогу вдоль реки, и за рекой. Рустам – бери дорогу в Номоконовск.
– А ты куда? – спросила Ангелина.
Я схватил дробовик, пояс с походными фиалами, прыгнул на «Харламова» и поехал по ухабистой дороге вдоль ручья.
Как-то интуиция мне подсказала.
И подсказала верно. У виноградника я резко остановился. Ворота ограды оказались открыты, а знакомая уже белая шаль, некогда подаренная Ангелиной княжне, мелькнула вдалеке, между рядами виноградной лозы. Почему ворота открыты? Неужели часовые стражники-големы не посчитали явно безоружную девушку опасной, или каким-то хитрым алгоритмом распознали в ней свою… Стояли у приоткрытых ворот, а наш объект всеобщих волнений сидел на настиле у сарая. Спешился, подошёл поближе, я увидел, что она гладит Нанотолия, и всё стало ясно.
Так вот кто еë впустил. Големы не боятся Нанотолия. Подозреваю, он даже умеет ими управлять.
– Он забавный. Он сам меня сюда привёл, – сказала она.
– Княжна, мы все испугались. Думали, что вы нас покинули.
– Да бросьте, – она осторожно положила тупая и поднялась.
Он пискнул, увидел меня – и юркнул в виноградники. Знает, что я ругаться буду, что ворует драгоценные виноградины. Принялась прохаживаться между виноградных лоз, поглаживая листья.
– Вы испугались? Думали, я сбежала от вас? – спросила и игриво посмотрела через плечо. – Конечно, меня тяготит темница… Мало привычных людей. И ваши слуги не пускают меня в ваши подземелья, где, наверняка, есть алкоголь. Я словно зверь в клетке.
При упоминании клетки, кажется, вздрогнули и я, и она. Она продолжила идти, а затем внезапно развернулась. В глазах сверкнул безумный огонёк.
– Получается, это и есть ваш тайный виноградник? Очень интересные ягоды, будто светятся изнутри. И удобно. Здесь достаточно близко к поместью, здесь безопасно…
Шаль скользнула с плеч. Затем пальцы пробежали по пуговкам блузки…
– Марьяна, остановитесь, – попросил я.
– Возьмите меня, Александр, – холодным, даже немного пугающим голосом попросила она. – Возьмите меня прямо здесь, среди виноградников, под луной.
Я подошёл ближе, она обвила мою шею тонкими руками, а я принялся застёгивать пуговицы на блузке обратно.
– Марьяна, виноградник на этом поле должен быть чист от мира плотских утех. Благословение богини Дан. Если оно будет нарушено – к чертям полетит весь процесс.
Слабый аргумент, по правде сказать. Напрямую ничего такого жрицы не говорили, речь шла только о девственницах, топчущих виноград.
– Тогда мы можем вернуться в поместье, – зашептала она. – Там, конечно, много ушей, но моя спальня выглядит безопасной – в плане звукоизоляции. Я могу быть громкой…
Её руки перехватили мои ладони, направили в соответствующем направлении, а губы ужалили поцелуем Да уж, в тактильном плане девушки княжеской крови тоже оказались восхитительны. Как и в плане вкуса…
Я ответил на поцелуй, но после сказал чуть более твёрдо:
– Нет.
– Что?! Вы отказываете княжне? – Марьяна вздёрнула нос. – Почему? Я не кажусь вам привлекательной? Ни за что не поверю. Ага! Вы боитесь папеньку! Вы трус!..
На последней фразе я не выдержал и рассмеялся. Да и сама княжна осеклась, понимая, какую глупость сморозила.
– Разумеется, кажетесь. И я не боюсь князя, Марьяна. При прочих равных – я бы овладел вами даже на глазах его сиятельства Кирилла Кирилловича. Но у меня есть принципы. Вы – дама в беде, и вы – моя гость. Я в ответе за вас. И вы только что сказали, что чувствуете себя пленницей в клетке. По совокупности причин я не имею ни малейшего основания заняться с вами любовью. Иначе я перестану уважать себя.
Про себя я добавил ещё одну причину – уж что-то и так чересчур много девушек в моей жизни. Мне бы сначала с теми двумя, что уехали в Варш разобраться…
– Всё ясно, – фыркнула Марьяна, поднимая упавшую шаль. – Вы влюблены в кого-то, Александр. И этот кто-то – не я. Домашние уже поговаривали о какой-то рыжей профурсетке. Отвезите меня в поместье, мне холодно.
Когда мы садились на «Харлея» и княжна обняла меня со спины, я всё-таки добавил.
– Я понимаю, что вас скучно, но у вас уникальная возможность освоить что-то новое. Попрактиковаться в алхимии. У вас же есть ранг?
– Я абитур, – кивнула она. – Никогда не хотела стать выше.
– В таком случае – освойте какую-либо гражданскую профессию. Вообще не связанную с алхимией и дворянством. Просто задумайтесь, что будет, если дворянство падёт?
– Как это – падёт? Как в Британии в семнадцатом веке? Да бросьте, такого и быть не может.
Я мог бы рассказать много интересного о истории революций в моей прошлой жизни, но сдержался.
– Поверьте, если братия Сухого Закона случайно поднимет бунт безродного и неспособного пролетариата против дворян – мало не покажется никому. Включая Болотниковых. Поэтому…
– Пожалуй, буду упражняться в пении под фортепиано. Отличное занятие, когда страдаешь от неразделённых чувств! – сообщила Марьяна— Я тут обнаружила на третьем этаже, под башней, старый рояль, всё в паутине… Тётушка Марго сказала, что научит.
Что ж, я уже предчувствовал, что это будет мучение для всех домашних, но махнул рукой. На словах про «чувства» в голосе я услышал иронию, подумав – ну, и хорошо, что это она не взаправду.
– И ещё, Александр, – спросила она, когда мы уже подъезжали к поместью. – Мне хотя бы можно ходить ночью по Фламбергу в неглиже? Когда никто не видит?.
– Можно, – вздохнул я. – Только постарайтесь не при Стёпке, он ещё слишком молод для подобных зрелищ.
– А если это увидите вы, Саша? При вас – можно ходить голой?
– Почту это за честь.
Чем бы дитя не тешилось, что называется…
На следующее утро к поместью приехал совсем новый посыльный. Я как раз закончил утреннюю разминку и беседовал под шатром за чаем с княжной, укрывшейся от солдца и лишних глаз под широкополой шляпой, и Стёпкой – на тему современной музыки.
Таких посыльных я ещё не видел. Сверкающий, облитый золотой лепниной и с аляпистой, но интересной аэрографией автомобиль. Оттуда вышел полный, несколько странной внешности юноша в цветастом камзоле и высоким тенором провозгласил:
– Уважаемый Александр де Онисов! Вас приглашает явиться его сиятельство Модест Матвеевич Черепанов, граф Речного графства, наместник удалённых владений Рио-Ройо, и иных, и иных…
– По какому делу? – осведомился я.
– Просит явиться по делу чрезвычайной важности, в детали которого я не посвящён.
– И когда он меня изволит ждать?
– В кратчайшие сроки! Желательно – немедленно, сегодня! Мы можем вас довезти.
Ну, по поводу «немедленно» – я уж сам позволю себя решать.
– Я подумаю, – кивнул я, закрыл ворота и вернулся под шатёр. – Итак, Марьяна, на чём мы остановились?.. На электро-люмпен-польке? И каков ваш любимый композитор?
– Скорее, не композитор, речь о бандах… Электро-люмпен-польку играют банды, родственные байкерам…
– Я подожду! – крикнул с дороги посыльный и остался стоять рядом с машиной, покорно сложив руки.
– Какой настырный юноша… – заметила княжна.
Мы потрепались ещё, я сделал несколько важных звонков – от поставщиков и от покупателей жмыха, изготовил парочку эликсиров, мы приступили к обеду, а посыльный всё стоял и стоял.
– Может, прогнать его уже к чертям, – предложила Ангелина. – Давай я с башни его пулемётом припугну?
– Не стоит, – покачал я головой. – Мне интересно, чем всё закончится. Кто кого!
– Какое-то очень серьёзное дело, вероятно, – заметил Кристобаль, разглядывая посыльного из окна. – Меня более удивляет то, что они именно приглашают, а не требуют прибыть. На Черепановых, насколько я помню их батюшку, это не похоже.
– Предполагаете, Кристоф, что это какое-то деловое предложение? А не ультиматум?
– Судя по всему – да. Либо – это какая-то ловушка. Только вот как проверить?
Вдруг меня осенило. Быстро дообедав, я прошёлся к посыльному и спросил:
– А ну-ка дайте визитку князя.
Юноша кивнул и протянул визитку. Карточка в золочёной оправе, с вензелями, печатями. Всё выглядело правдоподобно. А главное – на обороте был телефон.
Да уж, совсем отвык – в некоторых ситуациях забываю о таком чуде техники. Я тут же направился в кабинет и набрал номер. После непродолжительной беседы с секретарями, наконец, я услышал голос Модеста Матвеевича.
– Да-да, Александр, рад вас слышать. Как я понимаю, вы решили удостовериться, точно ли это я отправил за вами. Можете быть уверены – я.
– Ага. В таком случае, возможно, вы отпустите своих людей и поделитесь деталями дела по телефону?
– Увы, нет. Это не телефонный разговор. Понимаете, телефонные сети находятся в ведении княжеской администрации, ими управляет множество людей, а значит…
– Всё понятно, вы боитесь прослушки, – прервал я графа. – Тогда вопрос – дело касается наших текущих… взаимоотношений?
– Скорее нет, чем да. Новое дело.
– И с Замойскими это не связано? – на всякий случай уточнил я. – Помнится, вы горевали об утрате в газетных статьях.
Граф рассмеялся:
– Нет, считайте, что это всё уже в прошлом.
– Хорошо, тогда ещё вопрос – это может быть мне выгодно?
– Ну, Александр Платонович, мы же джентльмены! – воскликнул Черепанов. – А два джентльмена всегда договорятся на условиях, удовлетворяющих обоих. Уверяю, дело покажется выгодным нам обоим.
– Хорошо, уговорили, чертяка вы языкастый! – кивнул я. – Но я пребуду не один.
– О, разумеется. Мой лимузин вместит как минимум троих. Обещаю, что для вас предоставим лучшие гостиничные номера.
Я повесил трубку, собрался, а затем направился в гостиную.
– Вака, Степан – собирайтесь. Кристобаль, вы не составите мне компанию? Нас позвали в гости, соберитесь основательно – едем в противоположный конец графства.
