Отзывы о книге Дом профессора

Ждал под обложкой «Дома профессора» университетский роман про Америку 20-х, но нейминг, пожалуй, лишь пунктирно помечает общий сеттинг части истории, совершенно не демонстрируя её суть. В центре сюжета — профессор на пенсии, сумевший на протяжении своей пусть и не выдающейся карьеры скопить денег на новый дом. Будучи человеком старой формации (и этот слом и противостояние старого и нового мира далее будет очевиден во всём) наш герой в поисках вдохновения для своих научных изысканий всё же возвращается писать труды в старый домишко, где он делил рабочий кабинет с местной швеёй.

Довольно скоро разворачивается основной конфликт текста и выясняется, что один из лучших учеников профессора, а также некогда жених его старшей дочери, погиб на фронте Первой мировой, но сумел даже там сделать важнейшее открытие и запатентовать его, озолотив тем самым свою избранницу на долгие годы. Всё художественное полотно романа по сути — немое противостояние старого-доброго мира профессора, где ещё жив его любимый протеже, и новой действительности, в которой его семья погрязла в финансовых скандалах, недомолвках и обидах. Противопоставляя материальный мир духовному и творческому началу немолодого героя, Уилла Кэсер рассуждает через призму его мышления о потребительском укладе, грубых перегибах консьюмеризма, душевной щедрости и цене успеха.

Разнообразить роман, несомненно, должна была средняя композиционная часть, рассказывающая таинственную историю погибшего студента-изобретателя, связанную с раскопками древнего города индейцев в скале. Так и не запустив ни линию дополнительной интриги, ни долгожданную динамику своего повествования, писательница оставляет этот роман-воспоминание в плоскости философских размышлений о противоборстве живого пытливого ума и материальной системы ценностей, в которой существуют все остальные родственники профессора.

Искренне хотелось с блестящими от восторга глазами рассказывать, как хорош и этот роман Кэсер (её «Песнь жаворонка» мне очень понравилась), но буду откровенен — меня сопровождали очень долгий порог вхождения, слишком медленный темп и усталость от текста даже на столь небольшом объёме. Внутренней историей не заинтересовался вовсе, а вся внешняя с переживаниями профессора и его попытками запереться в прошлом, где он был молод и полон сил, могла быть и ярче, и волнительнее. Читать хотя бы ради кольцевой композиции и попытки удивить финалом (которая, к слову, по меркам XXI века провалилась).

Как и обещает название, мы оказываемся дома у профессора. Профессор истории Сент-Питерс написал цикл работ, принёсших ему успех и некоторое количество денег, достаточное для покупки хорошего нового дома. Только вдруг выяснилось, что писать он может исключительно в своём старом кабинете, который вовсе даже не кабинет, а какой-то неотапливыемый чуланчик, который ещё и периодически приходится делить с приходящей швеёй. Взяла книгу не глядя, так что какое-то время казалось, что действие происходит намного позже, пока подсказки в тексте не навели на мысль, что упомянутая Война - это всё же Первая мировая. Довольно неожиданно - вещи, о которых идёт речь, вневременны. Однако, мы не так долго остаёмся с семьёй профессора, их дрязгами и конфликтами на почве денег. Мы переключаемся на ещё одного героя, который уже умер, но является центральной частью многих разговоров, хотя бы из-за оставленного им дочери профессора наследства. Оставшись на лето в одиночестве в своём старом пустом доме, профессор отправляется в путешествие с этим давно мёртвым, наивным и откровенным героем по пространству его дневника. А там мы сталкиваемся с древней погибшей цивилизацией, полной свободой и философским познанием себя и своих корней. Довольно неожиданный поворот, и довольно редкая тема - я так мало встречаю в книгах коренных американцев. Темп книги размеренный, и в части с исследованием мёртвого города он не ускоряется. Книга о самокопании и персональной свободе. Интересно, что автор - женщина, но выбрала своим героем мужчину, или пожалуй даже двух мужчин, связанных между собой стремлением к чистоте, истине и подлинной свободе.

«Дом профессора» — университетский роман с немного ломанной структурой.

Часть посвящена, собственно, жизни и переживанием старого профессора Сент-Питера, который готовится к переезду в новый дом, но никак не может оставить свой привычный кабинет в старом доме, чувствует себя чужаком в собственной давно сложившейся жизни и постепенно отдаляется от близких, которые живут склоками и нехитрыми развлечениями настоящего, тогда как разум профессора принадлежит скорее прошлому. Он начинает работать над дневниками своего погибшего на войне гениального юного друга Тома.

Другая часть романа разбивает первую: это как раз дневники Тома, рассказы о сложной сиротской юности, взрослении и разочаровании от столкновения с системой, направленной на потребительство и преумножение богатства. Том, пытающийся сохранить и артефакты жизни древнего племени, такой же чужой в своей жизни, как профессор Годфри – в своей.

Но даже при наличии общей идеи и общего персонажа в виде Тома, две части плохо склеиваются между собой и, по крайней мере для меня, не образуют единую художественную структуру.

Части с жизнь профессора же очень медленная, почти бессюжетная – что-то вроде бы постоянно происходит, но всё это почти никуда не ведёт, профессор мало реагирует на события и живёт в своём мире, не особо пуская туда читателя. Часть с дневником Тома хоть и добавляет приключений, но темп не ускоряет. Вся книга в целом очень неспешная, тягучая, без громких драм и ярких заявлений. По общей атмосфере мне немного напомнило «Стоунера», хотя идейно романы не схожи.

Но как и «Стоунера», при всех его преимуществах, я не смогла полюбить, так и эта история для меня совсем мимо.

Если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое. Профессор Сент-Питер выдал замуж любимых дочерей, работает в любимом университете и переезжает из одного любимого (старого) дома в новый (как будто бы не очень любимый). Все в жизни хорошо, но депрессия дает о себе знать: он страдает из-за наплыва “новых людей” в университете, с которыми расходится во взглядах ценностно, страдает из-за того, что его дорогой друг умер молодым, страдает, что дочь (ранее помолвленная с этим самым другом) унаследовала деньги жениха и... видите ли, использует их... наслаждается земными благами, так сказать...

И все было бы здорово, но роман разваливается и никак не может собраться. Уилла Кэсер начинает одну за другой сюжетные линии, обозначает одну за другой проблемы и не раскрывает полноценно ни одну. Я читала, что сперва она написала центральную часть композиции, рассказ того самого друга, а затем к нему добавились экспозиция про профессора и его семью и заключение. Это очень сильно чувствуется: части совсем никак не соотносятся друг с другом, как будто их вырвали из разных текстов и неуклюже сложили вместе. Персонажи обозначены очень вскользь и не исследуются в глубину, что вообще-то обидно – образы интересные, конфликты между ними тоже. Я бы с большим удовольствием почитала отдельный роман про дочерей профессора и их семейную жизнь, чем это.

Университетский роман с философскими отступлениями

Когда читать: если любите неспешные истории с долгим периодом вхождения, семейно-бытовыми зарисовками и туманным финалом. История внутри истории.

Сюжет. Семья Профессора переезжает в новый дом, но он не хочет покидать своего кабинета, привычной обстановки и идти в будущее.

Герои. Сентиментальный, порядочный профессор на пенсии, не особо выдающийся, но трудолюбивый, его семья и    воспоминания о Томе Броди, который обретают телесность во второй части.

Язык. Приятный, плавный с множеством неутомляющих описаний.

Роман меня разочаровал. Поначалу приятная неспешность истории радовала, как плед на осеннем балконе, но чем больше страниц оставалось позади, тем больше я недоумевала. Уилла Кэсер оставляла ниточки возможных сюжетов, которые никуда не вели. Правда, убедилась я в этом ближе к концу. Неожиданное богатство, коллега, который его лишился, соперничество дочерей, драматическая история ученика - все это подано читателю в самом начале конфликта, а развития почти нет.

Итак, семья профессора Сент-Питера переезжает в новый дом, а он цепляется за старый кабинет в старом доме, который делил с семейной портнихой. Наследство его погибшего ученика Тома Броди, некогда жениха его дочери, ставит респектабельную семью в центр местного скандала и становится причиной семейных обид. Прошлое, в котором Том Броди жив, талантлив и невероятно щедр, видится профессору куда более радужным, чем настоящее, которым правят материальные ценности и расчёт. Вторая часть истории вносит в семейно-бытовую картину дух приключений, в ней рассказана история Тома. Юноша, ведомый любопытством, вместе с напарником открывает индейскую деревню, расположенную на скалах, и оказывается очарован историей места. Из пастуха он превращается в историка, который методично ведёт записи и прилагает усилия, чтобы деревню исследовали, но интересы чиновников сконцентрированы на материальном, а не духовном. Сент-Питер берется написать комментарии к запискам Тома в этот период, но записи столь обрывочны, что работа превращается в затянувшиеся воспоминания.

Мне показались особенно интересными отношения Профессора с людьми. Августа, портниха, с которой он делил кабинет, приносит в его жизнь приземленность, обывательство. Зять-бизнесмен - расчет, цифры и амбиции. Жена - интриги маленького городка, суровую практичность, хлопоты о семьях дочерей. И от всего этого профессор рад бы сбежать.

Том выглядит персонажем из легенд, невероятно одаренным, благородным и честным. Порой я задумывалась, а не рисует ли память профессора его идеальный портрет, старая следы житейской неприспособленности, недальновидности и витания в облаках. Пожалуй, Том - это тот, кем мог бы и мечтал бы стать Сент-Питер в молодости, но недостаток таланта либо избыток преодолений и семейных забот так и не дали ему этого сделать. Семья видится ему не даром, а цепочкой проблем, который решаешь, пока тебя не настигает осознание, что хотел ты другого, и оно уже не сбудется.

Том Броди прожил короткую жизнь мечты исследователя, Сент-Питер - более длинную, хотя и более приземленную жизнь заурядного учёного. Вспыхнувшая и угаснувшая звезда против ровного сияния на небосклоне. Как бы не вздыхал о своих мечтах профессор, он достиг той черты жизни, когда можно поразмыслить. Броди этой черты попросту не достиг.

Это роман о разочаровании пожившего человека, которого накрывает осознание, что мир вокруг материален, а жизнь его полна того, от чего он старался сбежать.

Читайте, если любите копаться в оттенках намерений, сюжеты без драматического накала и выбираете между птицей в руках и журавлем в небе.

Открыла книгу из академического интереса, а закрыла с ощущением, будто Кэсер с одной сторны подсмотрела что-то очень личное, а с другой - где-то не договорила.

Профессор Годфри Сент-Питер готовится к переезду: новый просторный дом, построенный на гонорар за успешную книгу, должен стать символом благополучия. Но вместо радости - странное отчуждение. Герой цепляется за старый кабинет, где всё знакомо: потёртый стол, книги в привычном порядке, тишина, в которой рождались его лучшие идеи.

Параллельно разворачивается история Тома Аутленда - талантливого студента, чьи археологические открытия на плато в Нью-Мексико могли изменить мир, но жизнь оборвалась на войне. Кэсер переплетает две линии: внешнее благополучие семьи профессора и внутреннюю пустоту, которую не заполнить ни признанием, ни богатством.

Отношения с женой, дочерьми, зятем показаны без упрощений - здесь есть и любовь, и непонимание, и тихие обиды, которые копятся годами. Меня особенно тронула линия с дочерью Розамунд: её практичность, стремление к комфорту - не зло, просто другой язык жизни, который отец разучился понимать.

Немного интересностей: роман был опубликован в 1925 году, изначально выходил частями в журнале Collier's. Кэсер работала над структурой необычно - сначала написала центральную часть про Тома, затем “обрамила” её главами о профессоре. Такой порядок написания оставил свой след: текст порой ощущается чуть более фрагментарным, переходы между линиями не всегда отполированы.

Что зацепило? Атмосфера. Не сюжетные повороты, а это тягучее, почти осязаемое чувство “между”. Профессор не бунтует, не ищет драмы - он просто устал от необходимости соответствовать. И в этой усталости столько человеческого, что невозможно не узнать себя.

Книга для тех, кто ценит неспешное повествование и психологическую глубину. Для тех, кто готов замедлиться и прислушаться к движениям души. Но если вы ждете второго “Стоунера” - не ждите)