Цитаты из книги Великий Гэтсби

Раньше, когда Дэзи была так невероятно далеко, ему чудилось, что этот огонек горит где-то совсем рядом с ней, чуть ли не касается ее. Он смотрел на него, как на звездочку, мерцающую в соседстве с луной. Теперь это был просто зеленый фонарь на причале. Одним талисманом стало меньше.

Гэтсби верил в зелёный огонёк, в оргастическое будущее, что год за годом отступает от нас. Да, оно не даётся нам в руки, но это не важно - завтра мы и побежим быстрее, и руки протянем дальше... И в одно прекрасное утро...

Долгий путь прошёл он, чтобы попасть на свою голубую лужайку, и мечта его, надо думать, казалась ему такой близкой, что потерпеть неудачу в попытке ухватить её было попросту невозможно. Он не знал, что она уже осталась у него за спиной, где-то там, в лежащей за Нью-Йорком бескрайней тьме, среди раскинувшихся в ночи полей Америки.

... но час проходил за часом, Гэтсби лежал в своём доме, бездвижный, бездыханный и безмолвный, и понемногу я начинал понимать, что отвечаю за всё, поскольку никто больше интереса к нему не проявляет...

- Мне грустно, потому что я не видела... такой красоты

"Если так, он, надо думать, чувствовал, что утратил свой старый теплый мир, заплатил высокую цену за то, что слишком долго жил одной-единственной мечтой."

Ты можешь обманывать меня, но не Бога!

«Жизнь начинается снова с первым осенним похолоданием».

...Но предложение так явно и так бестактно было сделано в благодарность за услугу, что мне оставалось только одно – отказаться.

С первым осенним холодком жизнь начнется с начала.

Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда,  когда он уже мёртв. Мёртвом это всё ни к чему – лично я так считаю.

Пожалуйста,  не впадай в меланхолию. С первым осенним холодком жизнь начнётся сначала.

Вся его жизнь пошла потом вкривь и вкось, но если бы вернуться к самому началу и медленно, шаг за шагом, снова пройти весь путь, может быть, удалось бы найти утраченное...

Но то, что тогда казалось забавным, сейчас словно отравляло воздух.

Я вообще живу не раздумывая, поэтому мне всегда весело.

Что-то побуждало его вгрызаться в корку черствых идей, как будто несокрушимое плотское самодовольство больше не насыщало эту властную душу.

Сочувствие имеет свои пределы, и нам хотелось, чтобы все их душераздирающие ссоры остались где-то там, в большом городе.

Американцы легко, даже охотно, соглашаются быть рабами, но упорно никогда не желали признать себя крестьянами.