Отзывы о книге Свирель

Небольшой рассказ начинается и заканчивается звуками свирели, на которой не слишком умело, но печально-тоскливо наигрывает старый пастух на опушке леса. А в середине рассказа располагается беседа о том, что всё стало хуже чем было, и природа, и люди. Что автор хотел сказать своим рассказом, я не поняла, зато о чем-то подумала, а может он того только и хотел, что побудить читателя к размышлениям? Так я в начале подумала об экологии, вот, думаю, и тогда возникал вопрос об истреблении людьми животных и вреде, наносимом этим природе. При описании изменения русла реки я задумалась о геологии, ну это издержки профессии) Потом стала думать о том, что больше века прошло, а разговоры почти не изменились и на месте пастуха с приказчиком вполне представляются пара человек любого пола, постарше возрастом, которые обсуждают жизнь, как цены всё растут, а люди мельчают, урожай падает, и в новостях сплошные ужасы, точно ведь скоро конец света будет. Тут я еще вспомнила, прочитанный как-то перевод письма о том, что молодежь не уважает старших и вообще мир приближается к своему концу, а письмо то было написано примерно в первом веке нашей эры. В целом же читать было приятно, хоть и печально, но не сильно, больше думала о смысле рассказа, чем о печалях его героев.

Казалось бы, очень простой сюжет рассказа. Охотник Мелитон Шишкин, приказчик из Дементьева хутора, пробирается по лесу в поисках птицы. Впереди за берёзами кто-то играет на самодельной свирели. Это старик пастух артамоновского стада. И, как это часто бывает со случайными встречными, заговорили они о пасмурной погоде. Мелитон попытался выспросить про тетеревиные выводки. Но пастух всё свёл к тому, что с каждым годом всё становится хуже и хуже. Лет двадцать назад зверья, птиц было видимо – невидимо. А сейчас – «И куда оно всё девалось?... Лет сорок я примечаю из года в год божьи дела и так понимаю, что всё к одному клонится». На вопрос Мелитона, к чему? Старик заявляет – «Пришла пора божьему миру погибать… каково, добрый человек, глядеть, коли весь мир идет прахом? Сколько добра, господи Иисусе! И солнце, и небо, и леса, и реки, и твари - всё ведь это сотворено, приспособлено, друг к дружке прилажено. Всякое до дела доведено и свое место знает. И всему этому пропадать надо!» Вот такой апокалиптический вывод делает пастух.

Мелитон пытается ему возражать, что по одной птице нельзя судить. Но старик неумолим – и рыба уже не та, и реки сохнут… И сам Мелитон добавляет, что леса тоже гибнут, горят, их вырубают. А пастух дальше развивает его мысль – «Пригляделся я, брат, за свой век и так теперь понимаю, что всякая растения на убыль пошла. Рожь ли взять, овощь ли, цветик ли какой, всё к одному клонится».

Приказчик пытается найти что-то положительное, говорит, мол народ лучше стал, умнее… Но пастух и тут находится, что ответить – «Я так рассуждаю, что бог человеку ум дал, а силу взял. Слаб народ стал, до чрезвычайности слаб». Стал рассказывать про то, сам он на седьмом десятке лет крепок ещё, а сын его хоть умнее, но не справится с тем, что сам старик выдерживает.

В общем, идёт обычное стариковское брюзжание, что раньше всё было лучше, здоровее, крепче, сильнее, а ныне совсем развалилось и грядет конец миру. Вот так, не больше, не меньше – «А всё отчего? Грешим много, бога забыли... и такое, значит, время подошло, чтобы всему конец. И то сказать, не век же миру вековать - пора и честь знать». Представляете, такие разговоры велись 130 лет назад?! Что уж нам про нынешнее время говорить?! С пандемией, терроризмом, глобальными катаклизмами, всемирным потеплением, ядерным противостоянием и т.д. и т.п.

Спросите любого сейчас - в позапрошлом веке с природой лучше дела обстояли? Каждый ответит – Конечно! А вот пастух с приказчиком на примере исчезновения птиц и зверей, высыхания рек, гибели лесов уже тогда говорили о конце мира!... Кажется, что эти бесконечные из века в век разговоры о конце света, грядущем апокалипсисе никогда не прекращались, начиная с древнейших времён.

Фраза – «…И боже, как жалко! Земля, лес, небо... тварь всякая - всё ведь это сотворено, приспособлено, во всем умственность есть. Пропадает всё ни за грош. А пуще всего людей жалко».

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 454

Очень необычный для Чехова рассказ. Небольшой текст о влиянии музыки на эмоциональный настрой и восприятие окружаюшего мира. Оказывается ,проблематика взаимоотношения человека и природы интересовала общество еще до 20 века. Наверное, это первое литературное произведение с темой экологии. Привлеченный тоскливыми звуками пастушьей свирели,Мелитон Шишкин выходит из леса,где безуспешно охотился. Он знакомится и вступает в беседу с пастухом Лукой Бедным. Разговор мужчин,с неудачной охоты и отсутствия птицы,переходит на глобальные изменения в природе. Нарушение гармонии окружающей среды провоцирует разрушение экосистемы и оказывает влияние на бедность и вырождение народа. Так ,через призму плохого настроения , весь мир видится искаженным и мрачным. И все вокруг приобретает апокалипсические нотки. Гиперболизацией обсуждаемых проблем герой накрутил себя и довел до истерики. Эта невеселая сцена сопровождается тоскливым дождем и ощущением приближающейся осени. Вот какой резонанс в душе Милитона Шишкина вызвали звуки свирели. Тема экологии действительно какая то особая.И сейчас,спустя 130 лет , разговоры об изменениях в природе носят такую же депрессивную окраску . А экологические проблемы на планете все возрастают,не смотря на целый комплекс мер,принимаемый на международном уровне.

На вас когда-нибудь нападала хандра? Неистребимая русская осенняя хандра, когда кажется случись через минуту конец света и вы вздохнете с облегчением, что все закончилось. Уже не важно как. Главное закончилось. Мне кажется, что черная апатия заложена где-то в глубинах русской души, вместе с борьбой за справедливость и поисками истины.

Рассказ «Свирель» как раз описывает один день типично триеровской Меланхолии. «Мы все умрем» - печально говорит пастух и наигрывает на свирели реквием по всему живому из шести нот. «Как жаль», - продолжает он. – «Такая продуманная природа, как паззл, кусочек к кусочку, притершаяся друг к другу, гармоничная. И все равно умрет. Совсем скоро умрет и мы вместе с ней.» Фатализм 80го левела.

А главное, не врет, чертяка. Мир ежесекундно меняется. Сон – маленькая смерть. Мы никогда уже не будем такими как в этот самый миг. Все меняется, медленно и неумолимо мир движется к гибели. Помнить об этом совсем не лишнее, но и зацикливаться не стоит. Иначе только и будешь, что выдувать из своей свирели реквием из шести нот до конца своих дней.

ИТОГО: Тоска по проходящему – жуткая вещь. Чем больше ты мечешься, тем глубже затягивает трясина.

Каждое произведение Чехова заставляет меня задаться лишь одним вопросом: мой он автор или не мой? И ответа всё никак нет. С одной стороны - его произведения меня ни чем не трогают, не оставляют никакого эмоционального следа, и их сюжет довольно-таки быстро забывается, оставляя после себя, в лучшем случае, разве что какую-то яркую деталь. Вот отсюда я, пожалуй, запомню осеннюю меланхолию (потому что попало прям-таки в сезон), грусть и тоску по тому, что было. А ведь с другой стороны автор и дельные вещи говорит (правда, подразумевал ли он их - вот в чём вопрос) - и трава зеленее, и небо светлее, и живности больше было раньше (быть может, тут было и без подтекста, но, эй, кто со мной поспорит, что это без намёка на экологическую обстановку, особенно в контексте мыслей о конце света?!). А потом и вообще грусть-печаль берёт, да ещё и под соответствующую музыку:

Самые высокие пискливые ноты, которые дрожали и обрывались, казалось, неутешно плакали, точно свирель была больна и испугана, а самые нижние ноты почему-то напоминали туман, унылые деревья, серое небо.

Поностальгировать о прошлом - святое дело. Чем дольше человек прожил, тем вероятнее услышать от него сетования на то, что раньше трава была зеленее, а колбаса вкуснее. Иногда такие мысли трансформируются в мировоззрение, когда главная радость - поругать существующих порядок вещей. Памяти свойственно удерживать хорошее, а плохое покрывать мглой, и поэтому такая точка зрения вполне понятна. Вот пастух из этого рассказа ностальгирует по былому, мол, и зверя было больше, и птицы, и реки полноводнее, и земля плодовитее. Даже времена крепостного права вспоминает со светлой грустью, хотя вряд ли ему тогда лучше жилось. На самом-то деле не по урожаям он тоскует, и не грядущий конец света его гнетет - ушедшей безвозвратно молодости ему жаль.

Отступать перед натиском человека природа стала давно. И уже тогда, в 1887 году – году создания этого рассказа, простой народ горевал о том, что реки мелеют и высыхают, что леса отодвигаются все дальше от мест обитания людей, что звери и птицы отходят вместе с лесами.

Об этом будет беседа двух случайно встретившихся героев рассказа – приказчика, шедшего с охоты, и деревенского пастуха. И если взглянуть вокруг себя, то мы увидим всё то, что со скорбью подмечают герои. Чехов пишет как будто о нас – с такой болью пишет, с горечью, без надежды на улучшение. Тут впору задуматься, не разрушит ли человек свой мир быстрее, чем научится в нем жить. Во взаимоотношениях с природой, он - самоуверенно, возможно, - назвал себя царем, вершиной творения, но поступает отнюдь не по-хозяйски: не заботиться, а потребляет.

Не случайно разговор персонажей происходит унылой, промозглой осенью. Увядание природы и тоскливость окружающего пейзажа передают свое настроение героям. Кроме того, на грустные мысли героев наводят и их жизненные обстоятельства, немногими фразами намеченные. Антон Павлович мастерски прописал и характеры – кратко, но образно и ёмко.

Красиво назвал автор свой рассказ. Свирель здесь является олицетворением душевной боли матушки-природы и тоски отзывчивой русской души. Звуки свирели проникают в сердце, навевают печаль и заставляют вспомнить, как хрупок и раним наш мир, его природа, и как нуждается в бережном отношении. Автор лишь описывает это проблему, но оставляет читателя самому решать, как с этим быть.