Цитаты из книги Спин

Как же так, вид, считающий себя разумным, позволил стереть себя с лица Земли, вычистить из Вселенной, не зная, отчего и почему.

процитировал русского поэта XIX века по имени Ф. И. Тютчев, о «Спине» понятия не имевшего, но описавшего его так, как будто видел своими глазами:

И, как виденье, внешний мир ушел… И человек, как сирота бездомный, Стоит теперь и немощен, и гол, Лицом к лицу пред пропастию темной… И чудится давно минувшим сном Ему теперь все светлое, живое… И в чуждом, неразгаданном, ночном Он узнает наследье родовое.

Джейсон безапелляционно утверждал, что они представляют собою результат «поражения биполярным сперматозоидом противоположно заряженных яйцеклеток». Диана, «коэффициент интеллекта» которой почти не отличался от джейсоновского, с таким же апломбом пользовалась определением из иного словаря: «два совершенно разных узника, вырвавшихся из одной и той же клетки».

Вот бы задешево загнать "завтра" первому встречному и осесть в этом июле, в этом втором его числе.

Своей физиономией он украсил бы любые похороны.

Время свило в доме гнездо, устроилось по-хозяйски, обзавелось своим пыльным запахом истлевающей бумаги, застывшей мебельной обивки - характерным запахом нежилого помещения, за состоянием которого все-таки следили.

Мы эфемерны,как капли дождя.Мы все падаем, и все куда-то попадаем.Все где-то приземлимся.

Шагая по лужайке, я угнетенно думал, что впервые вижу такое чудовищно-черное, чугунное и вместе с тем невесомое небо.

Такой дурак опаснее врага.

Из людей можно выжать больше денег, чем из пальм масла.

Имена - как одежда. Или мы их носим или они нас несут.

Звезды такие же, как и люди, они живут и умирают.

Наш краткий миг сознательной жизни налагает на нас предрассудочное ограничение. Мы считаем то, что движется, живым, а неподвижное мертвым. Дивой червяк поётся под неподвижным мертвым валуном. Звёзды и планеты движутся, но лишь подчиняясь мертвым законам тяготения. Если камень падает, это не значит, что он один. А орбитальное движение - то же самое падение, только продленное до бесконечности.

Высоким он был всегда, в детстве не по возрасту. И сейчас он выглядел стройным, худым. Никак не нежным и хрупким, но тонко сбалансированным, как будто швабру перевернули щёткой вверх, поставили на пол, и она умудряется не упасть. Щетина щётки, венчавшей его голову, не превышала по длине четверти дюйма.

– Что-то измениться. – Что-то все время меняется.

Может быть, грядет Царствие Небесное, и мы чувствуем его приближение, но оно еще не наступило, и мы должны играть по правилам игры, даже если исход этой игры предрешен. И судить нас будут по делам нашим. Мы должны играть так, как будто все происходящее имеет какое-то значение.