Цитаты из книги The Maniac

Пещерные люди придумали богов. Не вижу причин не сделать того же и нам.

Такова моя судьба — работать с полным осознанием того, что мои мечты, которые неизбежно воплотятся в скором будущем, намного превосходят технические возможности моего времени.

Несем ли мы ответственность за то, что создаем? Связаны ли мы со своими творениями теми же связями, какие объединяют все людские поступки?

Создав атомную бомбу, физики познали грех, и они не должны утратить это знание.

Порой самые смертоносные вещи, способные уничтожить нас своей мощью, со временем превращаются в инструменты нашего спасения.

Ударить первыми — не просто оптимальное решение, но и единственное логичное!

Настоящие игры не имеют ничего общего с шахматами. В реальной жизни мы играем в совершенно другие игры. Чтобы победить, в реальности нужно жульничать и врать.

Когда животные взрослеют, они много играют и так готовятся к смертельным обстоятельствам, которые ждут их во взрослой жизни.

За унижением обязательно следует смерть.

Трудно признаваться в этом вот так, публично, но пока мы готовили самое смертоносное оружие в истории человечества, мы постоянно дурачились, как будто ничего не могли с собой поделать.

Тебе ведь совсем не обязательно нести ответственность за мир, в котором ты живешь.

Стоит заговорить о физике, как мне становится начхать на всё остальное, я говорю что думаю.

Военные попытались принять жесткие меры, чтобы «остановить рост населения». Населению было плевать на эти меры.

Тогда, по-моему, я всё-таки чуть-чуть тронулся умом. Никто этого не заметил, потому что проект сам по себе — настоящее безумие.

В сложившейся ситуации мы были как дети, то есть у нас вдруг появилось кое-что, способное разрушить этот мир до основания.

Только Янчи воспринял как личное оскорбление саму возможность того, чтобы нация, группа людей или отдельный человек предпочли примитивную топорную философию нацизма таким умам, как Эйнштейн, Ханс Бете, Макс Борн, Отто Фриш и многим, многим другим, включая его самого.

К власти пришли нацисты и начали охоту на нас, но Янош встретил эти события без удивления, он видел в них абсолютное подтверждение полной утрате иллюзий касательно человеческого достоинства и окончательное доказательство того, что иррациональное теперь господствует над человечеством.

Всякий хаос — всего лишь неправильное представление.

С этого дня и до бесконечности математикам придется выбирать, принять ли ужасные парадоксы и противоречия или работать с недоказуемыми истинами. Почти невыполнимая дилемма, но, похоже, обойти ее не получится.

Недоказуемая истина — кошмар любого математика.