Цитаты из книги Painted Scars

— Вы не такой, как я ожидала, мистер Петров, — говорит она, и я должен признать, что у нее есть яйца.

— Почему, мисс Грей?

— Я думала, что вам восемьдесят. — Она поджимает губы.

— Ни слова об этом маме, — говорю я, когда мы подъезжаем к дому, — и постарайся вести себя так, будто ты не встречался с Петровым в субботу. Он сказал, что, если что-то пойдет не так, сделки не будет.

— Что ты имеешь в виду?

— Это значит, что если кто-то, включая маму, заподозрит, что я не влюблена до безумия в этого сукина сына, то мы покойники.

— Я могу запрыгнуть?

Я прищуриваюсь: «Куда?»

— К вам на колени. Ноге не будет больно?

Она хочет залезть мне на колени? Я не могу прекратить таращиться на нее.

— Ноге не будет больно.

— Ты немного чокнутая. Ты ведь это знаешь?

— Жизнь — вещь сумасшедшая. Приходится ее принимать.

Он просто смотрит на меня несколько секунд, а затем протягивает руку и проводит большим пальцем по щеке.

— Ты исключительная актриса, малыш.

— Прости, — шепчет она. — Это не из-за тебя, Роман.

— Знаю. — Я протягиваю руку, кладу ладонь на ее щеку и смахиваю слезу. — Я убью его, малыш. Это будет медленно и больно. Просто назови его имя.

— Нет.

— Это не просьба. Назови его чертово имя!

— Я сказала — нет. Я не хочу никого делать убийцей.

— Возвращайся в свою комнату, малыш. Мы не будем этого делать, — говорит он резким тоном.

— Спасибо, что подвез, — хихикает Нина и встает, чтобы открыть дверь.

— Всегда пожалуйста, малыш. — Оказавшись внутри, я закрываю за собой дверь.

— Ты опасная женщина, малыш.

— Что это значит?

— «Малыш»? Это ласкательное слово. Оно означает «маленькая».

— Роман?

— Да, малыш? — Он бросает телефон в сторону, и тот скользит по полированному полу прямо до книжной полки.

— Если ты не войдешь в меня прямо сейчас, — я беру в кулак его волосы и сжимаю, — я убью тебя, Роман.

— Нина? Все хорошо?

— Ага, — вздыхаю я. — Но я не слезу. Мне здесь нравится.

— Мне тоже нравится, что ты здесь, малыш.

— Я не знаю, малыш. Как бы ты хотела, чтобы они развивались?

Они ей не нужны, это точно. Когда мой цветочек входит в комнату, она сияет ярче любого бриллианта, но жены Тануша и Душку приедут в золоте и драгоценных камнях, и я не хочу, чтобы Нина чувствовала себя хуже них.

— Нет, малыш, они не искусственные.

— Просто отпустить?

— Просто отпустить, малыш.

— Что случилось с Михаилом? С его глазом? — спрашиваю я.

Роман молчит несколько секунд, затем делает глубокий вдох и прижимает меня к себе.

— Случился мой отец.

— Боже мой. Он… сделал это с ним? Почему?

— Это долгая история, малыш. Долгая и ужасная история, и точно не то, о чем я хочу говорить в нашей постели. У тебя будут кошмары.

— Малыш?

— Привет, — выдавливаю я, — который час?

— Семь.

— Ты кое-что забыла, — шепчет он и прячет лицо в моих волосах.

— Да? И что это может быть?

— Поцелуй.