Poetisches Drama

Погружаюсь в античность на несколько часов (я прекрасно знала, на что шла: все же название пьесы на то ненавязчиво намекало - Филоктет, герой древнегреческой мифологии, обрывочные знания и мое огромное желание насладиться трагической историей сполна, хоть и имя автора было мне до прочтения произведения абсолютно незнакомо, но какое это имеет значение...), а выныриваю потрясенная, ошеломленная с одной лишь мыслью, крутящейся в голове беспрерывно: до чего же современная и актуальная история - буквально на все времена, и я сейчас нисколько не преувеличиваю, - вышла из-под пера немецкого драматурга Хайнера Мюллера (теперь-то, после прочтения, уж точно возьму его имя себе на заметку: яркая пьеса завладела моим вниманием целиком, хочется еще чего-то такого. Вот чтобы на разрыв. Чтобы мучаться в противоречиях, не зная, кого порицать, а кому отдать свои скромные симпатии. Что-то такое, где привычные принципы морали не работают. Или работают несколько по-иному).

Есть предел всему: предательству, обману, подлости. Есть предел человеческому терпению и прощению. Есть вещи, которые нельзя забыть и простить. Для героя этой пьесы, давшего ей свое имя, этот предел наступает за чертой десяти лет... Десять долгих, мучительных, страшных лет. Изгнанник, чья вина лишь - тяжелая рана, полученная в бою. Так легко оказывается списать человека за это. Лишний, помеха, обуза, со своей зловонной раной и дикими криками от боли. Он оказывается один на острове Лемнос, куда его сослали, где его бросили, где его забыли на эти проклятые десять (!) лет. Друзьями оказываются лишь коршуны, а он - единственным хозяином острова.

Тема изгнания уже сама по себе страшна. Даже представить себе подобное жутковато: раненый человек в одиночестве пытается выжить, несмотря ни на что, моля уже о том, чтобы небеса ниспослали ему смерть как избавление от этих бесконечных.

Десять лет. Десять лет - рефреном бьет в голове. Держим в уме беспрерывно эту мрачную цифру - десять лет, чтобы понять дальнейшее развитие событий.

Не чтобы оправдать. Чтобы по-человечески стало понятнее, почему храбрый воин отказывается помочь там, где может спасти несколько тысяч человек.

А его вот не спасли. Его когда-то трусливо бросили. Загнивающий и разлагающийся кусок мяса...

А сейчас - будто и не было этого десятка лет - уговаривают помочь.

... В странные игры играет судьба, путая карты и посылая испытания - нашим убеждениям, силе воли, храбрости. Ты можешь помочь - и ты никогда не поможешь. Можно брезгливо сморщиться, бормоча что-то там про необходимость прощать, быть милостивым, думать не о себе, а о других, о будущем. Не побывав на месте другого, действительно легко и просто обвинять в черствости других. Вот только добро и зло слишком кровно слиты воедино, чтобы влегкую разбрасываться словами, да и поступками, если уж на то пошло. Мы не были на его месте, и не нам судить. Дихотомия добра и зла в античном мире такова, что отказ от собственных убеждений, предательство своих же принципов равносильно смерти и куда бесстыднее отказа помочь другим, якобы погибающим где-то там, когда ты им можешь помочь...

Я не оправдывала Филоктета, со стороны (вернее, с наших современных установок) его поведение могло показаться бессмысленным упрямством, но не все так просто в мире античных трагедий... Для меня лично он выиграл. Он переиграл и Одиссея, обманом пытавшегося вывезти его с острова, и сына Ахиллеса. Он умер непобежденный, несломленный. Есть простое и короткое слово "честь", которое делает понятным многие из наших деяний, пусть и после нашей смерти...

Удивительное дело: я все время забывала при чтении, что нахожусь на страницах пьесы, написанной пером моего современника, а не античного автора, до того было атмосферным повествование и ярок накал чувств, до того были прописаны герои, до того было невозможно захватывающим противостояние между долгом и честью... Браво переводчику с немецкого Элле Венгеровой - сохранив вот этот сгусток эмоций, она создала плавный текст, на котором не спотыкаешься ежеминутно, который не придавливает тебя тяжестью слога, а делает античность приближенной к нашему времени - не только по сути и сюжету, но и по стилю и языку.

Хайнер Мюллер подарил мне незабываемое и опасное путешествие на остров Лемнос, из которого не все и не всегда возвращаются живыми. Я же вернулась с горячей убежденностью знакомиться с творчеством автора и дальше. Мир, где размыты понятия блага и зла, созвучен, увы, не только античным временам...

Необычная пьеса о тяжелом моральном выборе, перед которым поставлены жители города Рим. Может ли один и тот же человек быть и героем, и преступником? Победителем и убийцей? И как в таком случае с ним поступить? Как правильно воздать ему по заслугам и сделать так. чтобы он ответил за свое злодеяние? Моральные вопросы (или даже проблемы) такого плана всегда нелегко решать. Римляне поступили, на мой взгляд, мудро. Преступление (убийство невинного человека) было совершено на глазах у свидетелей, то есть вина его целиком и полностью доказана, как и то, что он с честью отстоял свой город. Поэтому правосудию удалось, на мой взгляд, невозможное: увязать эти 2 явления в один приговор.

Жуткое произведение, написанное в духе античных пьес (по-моему. отличная стилизация под язык и стихосложение того времени), поэтому несмотря на довольно тяжелое содержание с ужасными подробностями, оно очень красивое.

Ибо слова должны оставаться чистыми. Можно сломать меч и сломить человека. Но слова Неудержимо падают в суету мира, Делая вещи узнаваемыми или неузнаваемыми. А неузнаваемое смертельно для человека. И так, не опасаясь нечистой правды, В ожидании врага они первые подали пример Чистого разделения вины и заслуги И не скрыли ни того, ни другого, И дурной осадок не поднялся наверх В неудержимом изменении. Они свершили суд без страха и упрека И снова вернулись каждый к своему труду, Взялись за плуг, молот, серп, грифель, Готовые в любую минуту взяться за меч.

Немного растянутое произведение, но так и правосудие - истинное правосудие - небыстрая штука. 4/5

Действие пьесы открывается прибытием Одиссея и Неоптолема на остров Лемнос. Одиссей признается, что когда-то на этом диком берегу оставил он милосского героя Филоктета – отравленного ядом змеи и корчащегося в муках боли.

Одиссей: Смотри, чтоб нас Он не застал врасплох. Кого-кого, А уж меня готов убить он первым.

Чуть позже обнаруживается причина, по которой Одиссея ненавидит Неоптолем. Доспехи погибшего под Троей Ахилла достались не сыну, а царю Итаки. Да, Неоптолем сейчас заодно с Одиссеем, у них общий враг – троянцы. Только сплотившись вместе можно победить. Для личной мести время не настало.

Неоптолем: Мне долг велит троянцев ненавидеть: Пусть только рухнет Троя, сгинет враг – И я копье в твоей крови омою.

Не зря Одиссея кличут хитромудрым, в любой сложной ситуации он изобретет действенный план, отыскивая нужные слова убеждения. Он находит их и для Неоптолема, ненавидящего ложь. Хитрый грек посылает на встречу с одиноким обитателем остова Неоптолема, заставляет соврать Филоктету, чтобы привлечь к участию в войне (или хотя бы отобрать у него лук, подаренный Гераклом).

"Мой-враг-и-твой" – этот термин объединяет Неоптолема и Филоктета в ненависти к Одиссею, им проще договориться.

Филоктет: Ты ненавидишь моего врага, И твоего врага я ненавижу. А то, что мы любили, прахом стало.

Краткое описание событий, предшествовавших встрече на каменистом берегу безжизненного Лемноса, и три цитаты о ненависти из уст каждого из героев пьесы достаточно ярко демонстрируют накал страстей. Филоктет – "нелепость на единственной ноге" с гниющей плотью – и рад бы вырваться с острова, но его ненависть к Одиссею настолько велика, что уговоры только разжигают ее сильнее.

Я острову хозяин и слуга. Мы скованы с ним неразрывной цепью Соленых синих волн до горизонта, Что держат нас в кольце: меня и Лемнос.

Могут ли переговоры иметь успех при таком раскладе? Хайнер Мюллер создал психологическую драму, сделав акцент на эмоциональном конфликте личного и общественного. Жажда личной мести иногда одерживала верх, но мудрый Одиссей умело направлял ее против троянцев: победим общего врага – и я в вашей власти! Внутренняя борьба героев подчеркнута прекрасными стихами. Давно заметила, что поэтические убеждения куда сильнее произнесенных прозой. Пьеса наполнена не только гневом и жаждой мщения, нашлось в ней место для самопожертвования. Неоптолем не в силах смириться с ложью и возвращает неправедно добытый лук хозяину, но и потерять Одиссея в разгар битвы за Трою он допустить не может. "Я отдал лук. Но я – твой щит" – говорит он царю Итаки, а повернувшись к Филоктету, произносит: "Возьми за жизнь его – мою. Она дешевле"...

Признаемся: в пьесу мораль не вместилась, Уроков для жизни извлечь невозможно...

Во время чтения я не думала о морали и вынесенных уроках, я сопереживала каждому из героев, ведь любая война заставляет совершать выбор, не делая скидок на чувства, эмоции, привязанности...