Цитаты из книги La cupula

Він [Джим Ренні] вибудував собі таке життя, в якому сам був штовхальником, а не тим, кого відштовхують, проте це не заперечувало того факту, що кулаки - засіб ідіотів.

<...>думая, будто-что то собой представляет, хотя не представляла ничего, думая, что мир небезразличен к людям, тогда как мир - гигантский и бесчеловечный локомотив с двигателем, но без прожектора.

Жалость — конечно, не любовь, размышлял Барби… но если ты ребёнок и отдаёшь одежду голому, это шаг в правильном направлении.

Кто-нибудь мог остановить его до того, как он разбил бы Купол. И тогда, вместо того чтобы стать "МАЛЬЧИКОМ, КОТОРЫЙ СПАС ЧЕСТЕРС-МИЛЛ", он закончил бы этот день "МАЛЬЧИКОМ, КОТОРЫЙ ЦЕЛЫЙ ГОД СМАЗЫВАЛ КОРОВАМ ВЫМЯ".

Задешево купуєш, дешевше й маєш.

Щадить — удел сильных людей.

25.09.2012, вторник

Ни о чем мне это не говорит. Как сказал тот шотландец в сериале "Остаться в живых"? "Не принимай совпадение за судьбу"? Может, и так. Может, именно так. Но "Остаться в живых" - далекое прошлое. И шотландец мог сказать: Не принимай судьбу за совпадение.

Они отправились далее, Джендрон со своей стороны, Барби со своей. И никто из них все еще не воспринимал собственное положение как «внутри» и «снаружи». Они не предполагали даже мысли, что этот барьер может не иметь конца.

Молодой парень кивнул. Больше ничего не сказал, да и зачем?

— Все будет в порядке! — крикнул он в ответ и уехал. В следующий раз Бренда увидела его уже мертвым.

Как у многих быстрых людей (особенно у быстрых детей) озарение закрывало ему способность к размышлению.

Водитель, возможно, перегрузил лесовоз и ехал слишком быстро, подумал Барби, но по крайней мере похороны он себе устроил, как викинг.

Штатские - они что грибы: держи их в темноте и корми дерьмом.

Она все равно идиотка, но, наверное, в семнадцать мы все такие.

— Но дети не повернули назад. — Потому что они дети.

Если потом представится возможность, проскользну в город и узнаю, не передумала ли она. Говорят, у женщин это обычное дело.

Ганна подмяла игру под себя с жестокостью, с какой Сталин подмял под себя Россию.

Ему стало легче от собственной нужности. Обычная история.

Ушел лишь в одежде, которая была на нем, потому что не захотел ничего уносить из Честер-Милла, за исключением нескольких приятных воспоминаний, для которых не требовался ни чемодан, ни рюкзак.

Я должен принимать как данность то, что не могу контролировать. Я должен обращать мои беды в преимущества.