Нескромные сокровища

Коротко о сюжете Эту невероятную историю поведал нам некий таинственный африканский автор. Однажды конголезскому султану Мангогулу взбрело на ум потешиться над придворными дамами, выведав об их любовных приключениях. С этой целью он призывает гения Кукуфа, который вручает ему кольцо, не простое, а заставляющее женские «сокровища» говорить. Султан приходит в восторг от возможности послушать часть тела, «наиболее осведомлённую о вещах, какие он желает знать». Читателя ждёт долгий, и местами довольно скучный, рассказ о том, как могущественный султан Мангогул «даёт аудиенции» разным сокровищам (автор изящно называет это пробами кольца). Это занятие явно увлекает его больше, чем государственные дела. У Мангогула есть любимая фаворитка Мирзоза, которая взяла с него обещание не подвергать её испытанию кольцом. Эта дама, будучи рассудительной, остроумной и любознательной, оказывает на султана благотворное воздействие. Фаворитка верит, что добропорядочные женщины существуют («если мы знаем хоть одну добродетельную женщину, значит, их могут быть и тысячи»), несмотря на многочисленные доказательства обратного, добытые с помощью пресловутого перстня...

Дени Дидро наделил персонажей своего сатирическо-эротического романа (за исключением самой идеи, в книге нет никаких откровенных подробностей) свойствами видных деятелей того времени. В султане несложно узнать французского короля Людовика XV (упоминание битвы при Фонтенуа прямо указывает на это), а в образе Мирзозы - обнаружить черты маркизы де Помпадур, фаворитки Людовика XV. Мирзоза, которую автор представил в положительном свете, подобно Помпадур любит вести беседы с умными людьми и, по всей видимости, не очень жалует физическую любовь. Описывая Мангогула как властителя, «помышлявшего лишь о том, чтобы разнообразить удовольствия и почаще испытывать действие кольца», автор намекает на репутацию любящего удовольствия французского монарха. Дидро перемежает фривольные истории сокровищ философскими рассуждениями («счастье подданных - точное мерило величия государей») и множеством отсылок к современной ему реальности. Так, никудышный танцор Суламек («он обладал мелочным умом, придворным жаргоном и даром занимательно рассказывать и забавлять детей, но он ничего не понимал в высоком искусстве танца») с помощью протекции и лести смог занять должность великого визиря.

В романе немало страниц посвящено путешествиям Селима, важного вельможи при дворе султана. Селим развлекает государя и фаворитку рассказами о своих галантных похождениях, одно из которых произошло в женском монастыре. По мнению Селима, женщинами в большинстве случаев «руководят три силы: корысть, похоть и тщеславие и что нет, быть может, такой женщины, которой не владела бы одна из этих страстей, а те, что совмещают в себе все три страсти, - настоящие чудовища».

«Нескромные сокровища», вероятно, покажутся сегодня несколько мизогинистическим произведением. Нередко автор говорит о женщинах в насмешливом тоне («самые сумасбродные сокровища Банзы не преминули сбежаться туда, куда призывало их удовольствие. Одни из них приехали в обывательских каретах, другие в наемных экипажах, некоторые даже пришли пешком»). Однако нужно делать скидку на эпоху. В XVIII веке было ещё много предвзятых суждений относительно женщин. Книгу я прочитала не без удовольствия. Просмотрев рецензии, ожидала худшего. К недостаткам романа я бы отнесла излишнюю затянутость и некоторую пресность. Он мог лучше восприниматься современным читателем, будь повествование короче и живее.

Я не понимаю, как это вообще попало ко мне в список, и тем более не понимаю, почему ж оно такое скучное. Дидро мне уже приходилось читать по учёбе – всякого мы тогда навидались. Но когда сейчас тебе говорят: "Глянь, там книга про говорящие гениталии", ты меньше всего ждёшь политической сатиры.

В общем, так оно всё и оказалось. Под обликом вымышленного экзотического государства в стиле восточного дивана скрывается более чем узнаваемая Франция 18 века, со всеми придворными нравами и прочими атрибутами. И даже если вы в истории разбираетесь примерно, как я, то сносочки заботливо поведают, по какому политику или писателю прошлись в той или иной сцене. Прошлись-то довольно жёстко, такие вещи наверняка только из-под полы распространяли, даже без учёта заявленных в сабже фривольностей.

Но их там на удивление немного. К правителю попадает волшебный артефакт, наделяющий вагины правом голоса (хозяйки в шоке). Почему только их? Было бы не менее интересно послушать откровения и других органов. Почему, блин, вообще "сокровища"? Мне очень много хочется сказать по этому поводу: и о гнилой галантности, и сопутствующем ханжестве, и о клятой сакрализации того, чего не надо, и что взялся писать порнуху – так пиши! Но на меня волшебного кольца не направляли, так что я лучше промолчу. В конце концов, что я, как не говорящий орган, заключённый в черепную коробку? У меня тоже есть гордость.

Я лучше скажу, что такие вещи нужно оставлять филфаку. Не в том, смысле, что мы там одни извращенцы были, а в том, что книги иногда тоже устаревают. Как порнушку это сейчас воспринимать невозможно – там вообще ничего нет, а парочкой откровений никого не удивишь. Даже тогда такие откровения никого не удивили бы, не то что в наши дни. Тоже мне открытие, что в замкнутом обществе все люди спят вповалку. Или что государственные дела и интриги плетутся в постели. Кое-что распутали благодаря этому, но недостаточно, чтобы в книге появился хоть какой-то сюжет. Сатира – чисто мемасики для своих, современного читателя она не развеселит, для этого надо было вариться в том супе.

В общем, читал я это без малого год, то бросая, то начиная, то вытаскивая глаза из глубины черепа. Видел я эротику, и 18 века, и 19, и было очень даже неплохо, а это – хрень какая-то. Носозадирательная, мизогинная и вообще человеконенавистническая. Зачем, поднимая тему грязных секретиков, выводить так старательно, мол, "ничто человеческое мне не нужно"? Наоборот же круче. А так – ни себе, ни людям. Я б оставил такие произведения их времени и, перефразируя дедушку Ленина, сказал: галантному веку – стыдливую недосказанность, современности – откровенное порево, мне – зелёных пришельцев. Засим спасибо за внимание, отчаливаю обратно на фикбук =З

В великолепном фильме Патриса Леконта «Насмешка», где действие происходит накануне Французской революции, есть одна сцена, где персонаж восклицает, вспоминая знакомого: «Боже, какой ум!» Месье Дидро, Вы заслуживаете большего восторга, Вы заслуживаете овации, того, чтобы на всех языках, как вопрошает в другой сцене фильма другой персонаж, кричать Вам: «Браво! Браво!».

В интернете по поводу истории создания «Сокровищ» написано, что Дидро написал роман на спор, 2 недели были оговорены условиями. Почему-то в определенном смысле это напоминает мне работу, в самом хорошем смысле, на LL. Когда тебе «нужно» написать что-то – отзыв ли, рецензию или нечто иное. Только условия определяешь себе сам, как и то, нужно ли вообще что-то искать в себе относительно прочитанного. Оказывается – да, нужно. Делать это регулярно, не боясь повторений. И великолепный «учебник» и «инструкция» - классика. Месье Дидро, я говорю о Вас!

Как решительно отмежеваться от возможных нападок по подозрению автора в непристойностях или даже – в попытках низвержения устоев? Да поставьте годом происходящих событий, например, такой: «1500000003200001 г. от Сотворения мира». Кстати, а какой это год? А что насчет места происходящих событий? Скажите, а Конго со столицей Банза, где, чтобы далеко не уезжать от привычного Парижа, есть такие же Елисейские поля, подозрительно похожие на original. Кстати, правит там правитель с титулом «Султан», а культовые сооружения в полном соответствии с исторической правдой, называются «пагоды», где отправляют культ, естественно, брамины. Ну и, наконец, как насчет самого деликатного предмета романа, вынесенного даже в заголовок? Как же сказать об этом? Как назвать сей предмет, всяческие намеки на тематику которого на LL, мягко сказать, не вызывают у аудитории особого, ну или – живого интереса, а если и вызывает, то по большей части гневливо-осуждающую?

Блестящий ум и вкус того, кто, как говорят французы themselves, подготовил главное событие ушедшего 1789 года, назвал это столь же элегантно, сколь самым точным образом: сокровище. А в контексте того, чем «пришлось» заниматься сокровищам – давать правдивую информацию о реальном положении дел в империи султана Мангогула и любимейшей его наложницы Мирзозы, так вот, в контексте романа, сокровища становятся нескромными, по обозначенной выше причине. Как и подобает великому правителю, Мангогул не токмо ради любопытства направляет волшебный перстень на интересующую его даму, дабы вызнать её секреты. Волшебный перстень решает задачи государственного масштаба. Например, сколько же вдов действительно заслуживают причитающиеся им пенсии по, как сказали бы сейчас службы социальной защиты населения, причине потери кормильца? Как вы думаете, читатель, скольким же из нескольких тысяч собравшихся на прием к султану вдов, была по справедливости начислена пенсия? Совершенно правильно вы думаете!!!

Честно говоря, я забыл, когда от души смеялся, читая книгу. Точнее, и это принципиально, слушая книгу. Настоятельно рекомендую, по возможности, послушать книгу в исполении Михаила Рослякова! Люди, народ, призываю вас – послушайте, не, не меня, Михаила Рослякова! Вот это да! Послушайте, как в его исполнении звучит вот это место: «Мангогул отправляется в покои старшей султанши Манимонбанды и наводит перстень на одну из присутствующих там дам — очаровательную проказницу Альсину, которая мило болтает со своим супругом-эмиром, хотя они женаты уже неделю и по обычаю могут теперь даже не встречаться. Речь сокровища Альсины была опубликована, исправлена, дополнена и откомментирована». Дидро, как подлинный гуманист, не мог пройти мимо непростой жизни нескромных сокровищ, перечислив лишь некоторые из бед и несчастий оных: «Говоря это, Мангогул стал быстро направлять перстень в последовательном порядке на всех женщин, исключая Мирзозу. И каждое сокровище отзывалось по очереди; слышались различные голоса: – Меня посещают слишком часто… – Меня истерзали… – Меня покинули… – Меня надушили. – Меня утомили. – Меня плохо обслуживают… – Мне докучают…». В романе есть замечательные, на все века, что называется, мудрые в своей простоте и изящные в изложении Маэстро Дидро, мысли. Послушайте: «Уважай властителей земли и благодари богов за то, что ты родился в империи, в царствование государя, мудрость которого озаряет путь его министрам, храбрость которого восхищает солдат, который наводит трепет на врагов и возбуждает любовь подданных и которого можно упрекнуть лишь в терпимости, с какой он относится к тебе и тебе подобным».

Шуточный роман, легкий, искрометный, изящный, элегантный, исполненный тонким литературным вкусом, вне всякого сомнения, дает блестящую картину о Великой культуре Франции, без которой, повторюсь, весь мир был бы иным. Браво Дидро, браво французской литературе, браво великой французской культуре!

Книга к обязательному прочтению. Из подборки «100 книг, которые нужно прочесть прежде, чем…»