Славные ребята

      Пишу по добрым воспоминаниям (перелистал, конечно, но перечитывать сейчас не буду), поэтому могу ошибаться в деталях.       Время действия - конец шестидесятых. Главный герой - французский журналист (кажется, ему около тридцати или чуть больше) прилетает из Парижа в Катманду.       Для тех, кто не в курсе, Катманду - расположенная в Гималаях столица Непала, была типа "Мекки" для хиппи из-за чрезвычайной дешевизны непритязательной жизни. Климат теплый, еда дешевая, номер в гостинице - около одного доллара за сутки, "травка" - чуть ли не даром. Настоящий хиппи обязательно должен был съездить и пожить в Катманду (ну, конечно, для хиппи в СССР это было практически невозможно).       Итак, вполне зрелый дяденька, познакомившись с хиппи (до- и около-студенческого возраста), решает к ним присоединиться, проникнувшись их идеями (ну, сами понимаете - "Make Love - Not War", свободный секс, легкие наркотики и т.п.). А хиппи все равно, кто к ним присоединяется. Они всем рады. (Помните, у Леннона "I hope someday you'll join us And the world will live as one").       И все бы хорошо, но во второй половине романа из Парижа в Катманду прилетает жена главного героя. "Обалдев" от поведения мужа, она решает вернуть его нетривиальным способом - сама присоединяется к коммуне хиппи. Тут у него в голове что-то "щелкает": когда свобода сексуальных отношений в коммуне распространяется на него, это нормально, а если его жена получает ту же свободу, то "что-то не так" :)       Ну, дальше читайте сами, если интересно...       (Конечно, книга в семидесятых, после прокатившихся по Европе в конце шестидесятых студенческих волнений, читалась совсем по-другому. Не так, как сейчас, когда времена хиппи - давняя, давняя история. И молодежными протестными субкультурами сейчас никого не удивишь).

успешный журналист Марк в неосознаваемом(?) кризисе среднего возраста приезжает в Катманду, чтобы написать цикл статей о городе, предстоит встреча с королём... но город поначалу не производит вдохновляющего впечатления, статьи не пишутся. и только одно лицо, встреченное случайно, но неоднократно —иисусоподобное — всё чаще всплывает в памяти. конечно, по закону любой истории они встретятся. взрослый мужчина и юноша не старше его собственных сыновей. никакой истории любви не случится, но мысли и разговоры о связи поначалу возникают. никаких предрассудков и деланного смущения. юноша живёт в коммуне: делятся всем на свете, зарабатывают, как могут (продают плоды своего творчества, себя — кто чем богат), употребляют наркотики (кто-то — 'лёгкие', кто-то — 'потяжелее'). увлечённый образом юноши, Алана, возмущённый (будто бы) его суждениями и жизнью бедняка-скитальца, но тем не менее очарованный ими, Марк совершает что-то ему несвойственное: не возвращается домой к установленному редакцией сроку, отправляет загадочную телеграмму жене... будет тут и женщина. даже две. и тоже довольно таинственные. американки, построившие дом для своего гедонистического существования. скучающие. ищущие новые лица, чтобы скрасить досуг и окунуться новые любовные приключения. знают всех мальчиков из коммуны. Марк попадается в ловко расставленные силки (как он сам считает) как очередной мальчишка. метания главного героя продолжаются до тех пор, пока неожиданно в его (недо)хиппи-жизнь не врывается жена, крайне обеспокоенная отказом мужа возвращаться в лоно семьи. в ходе их бесед вскрываются проблемы, которые раньше не то, что не обсуждались, но даже и не осознавались. в общем, такая история про внезапного 'беса в ребро', хотя мне сложно поверить, что представитель среднего класса, несмотря на творческую профессию, может неожиданно попытаться примерить на себя жизнь, полную свободы (перемещений, любви, суждений, etc) и лишённую обязательств (но также и комфорта, надёжности, перспектив, к которым так привыкаешь), радикально отличающуюся от всего предыдущего опыта. могу объяснить это только кризисом личности, профессиональным выгоранием мне волю дай только, всё на свете объясню но в целом читалось интересно, особенно если учесть, что книга издана в 1975, и многие моменты уже растеряли актуальность: в Непале упразднили монархию, хиппи — это тоже уже анахронизм...