Цитаты из книги Фанданго

Я остаюсь честным, - говорит человек, голодающий жестоко и тяжело, - потому что я люблю честность; но я только один раз убью (украду, солгу), потому что это необходимо ради возможности в дальнейшем оставаться честным.

Однако медицина и помощь неразделимы. Ключи висели в скважине стеклянного шкафа, и, быстро разыскав спирт, я налил полную большую мензурку, выпив ее с облегчением и великим удовольствием, так как в те времена водка была редкостью.

Я получил толчок к действию, заглянув в шкапчик, где стояли пустые кастрюли, сковорода и горшок. (Я жил Робинзоном). Они пахли голодом.

- Это красиво, - сказала Моргиана, - я понимаю. Красивое - везде, его много. Но оно равнодушно.

Искусство выше личного поведения.

Приятельство - простой промысел, иногда очень выгодный.

- Женщины легко делаются приятельницами, а у мужчин это связано, очевидно, с хорошим обедом.

Завтра, завтра, не сегодня, - так ленивцы говорят.

- Я тебя очень люблю, Джесси. Люблю тебя внутреннюю. Но наряд твой, праздник твоего лица и красивого, стройного тела, - мне более чем ненавистен. Я хотела бы, чтобы от тебя остался один голос; тогда и мои слова были бы так же нежны, так же искренни и натуральны, как твоя детская речь.

Она знала, какие это слова, но не могла их сказать так же, как, чувствуя сущность имени или названия, мы иногда не можем сразу навести память на их ускользающие буквы, которыми обозначается душа слова.

“Жена ничем не замечательного человека, не имеющего никакого отношения к славе и блеску, жила, между тем, без всяких пышных расчетов, обладая достаточным запасом преданности и любви, чтобы из обыкновенной, очень скромной жизни создать необыкновенную, совершенно недоступную большинству. Как раз в этом отношении нет способов передать сущность жизни мужа и жены так, чтобы сущность эту ощутил слушатель.”

“...ты не можешь понять, как тягостно смотреть на других, которыми все восхищаются, которым бросают цветы и поют песни!"

Если хочешь быть счастливым, то питайся черносливом, и тогда в твоем желудке заведутся незабудки!

Под белым небом мерз стиснутый город. Воздух был неприятно, голо прозрачен, как в холодной больнице. На серых домах окна были ослеплены инеем.

Настоящую мысль голод подменяет фальшивой мыслью, – ее образ тот же, только с другим качеством.

Хитрость, лукавство, цепкость – все служит пищеварению.

Тепло одетому человеку с холодной душой мороз мог показаться изысканным удовольствием.

Издавна боялся я этих изображений, цель которых, естественно, не могла быть другой, как вызвать мертвящее ощущение пустоты, покорности, бездействия, в чем предполагался, однако, порыв.

... издавна меня привлекала литература, к тому же, сталкиваясь почти каждый день с журналистами и поэтами, я воспитал в себе змеиную зависть.

— [...] мы живем с стране, где медведи добродушны, а люди злы и опасны...