Цитаты из книги Три встречи

Сам бери, что можешь, а в руки не давайся; самому себе принадлежать – в этом вся штука жизни.

Пока человек живет, он не чувствует своей собственной жизни; она, как звук, становится ему внятною спустя несколько времени.

— Свобода, — повторил он, — а знаешь ли ты, что может человеку дать свободу? — Что? — Воля, собственная воля, и власть она даст, которая лучше свободы. Умей хотеть — и будешь свободным, и командовать будешь.

На то и есть дети, чтоб родители не скучали.

То, что я узнал, было мне не под силу: это внезапное откровение раздавило меня… Все было кончено. Все цветы мои были вырваны разом и лежали вокруг меня, разбросанные и истоптанные.

– У меня не было первой любви, – сказал он, наконец, – я прямо начал со второй. (...) Собственно говоря, в первый и последний раз я влюбился лет шести в свою няню; но этому очень давно.

Разве человеку свойственно любить? Любовь - болезнь; а для болезни закон не писан.

Вот чем поэзия хороша: она говорит нам то, чего нет и что не только лучше того, что есть, но даже больше похоже на правду.

"Сын мой, - писал он мне,- бойся женской любви, бойся этого счастья, этой отравы..."

– вольному воля, спасенному… рай,

Меня жгло как огнем в ее присутствии… но к чему мне было знать, что это был за огонь, на котором я горел и таял, – благо мне было сладко таять и гореть.

О, кроткие чувства, мягкие звуки, доброта и утихание тронутой души, тающая радость первых умилений любви, – где вы, где вы?

- Ну, вообразите себе, например, что вы женаты, и расскажите нам, как бы вы проводили время с вашей женой. Вы бы ее заперли?

• Я бы ее запер.
• И сами бы сидели с ней?
• И сам непременно сидел бы с ней.
• Прекрасно. Ну а если бы ей это надоело и она бы изменила вам?
• Я бы ее убил.
• А если б она убежала?
• Я бы догнал ее и все-таки бы убил.
• Так. Ну а положим, я была бы вашей женой, что бы вы тогда сделали?
• Я бы себя убил...

Вообще наш брат ожидает всего на свете, кроме того, что в естественном порядке вещей должно случиться.

Мне было необыкновенно тяжело, так тяжело, что я не мог плакать...

Ну, что ж! коли умирать, так умирать весной

Но я решительно потерял чувство собственного достоинства и не мог оторваться от зрелища своего несчастия.