Цитаты из книги Джен Эйр

— Разве я ей нравлюсь? — спросил он. — Безусловно; больше, чем кто-либо. Она не устает говорить о вас; это самая увлекательная тема для нее, тема, которая никогда ей не надоедает.

Улыбнись одной из своих робких и дерзких улыбок, скажи мне, что ненавидишь меня, дразни меня оскорбляй, но не огорчай меня так. Я предпочитаю гнев, чем такую печаль.

Мы покинем землю и создадим себе на луне собственный рай.

Там, где вы, — мой дом, мой единственный дом.

Но, сам того не ведая, он в любую минуту может несколькими неосторожными словами лишить меня навеки если не жизни, то возможности счастья.

— ... да и потом — что такое ладонь? Не на ней написана судьба. — Я согласна с вами, — сказала я. — Нет, — продолжала она. — Она написана в чертах лица: на лбу, вокруг глаз, в самих глазах, в линиях рта.

Какое счастье, что время уничтожает в нас жажду мести и заглушает порывы гнева и враждебности! Я покинула эту женщину в минуту горечи и ненависти, а вернулась с одним лишь чувством жалости к ее великим страданиям и с искренним желанием забыть и простить все нанесенные мне обиды, примириться с ней и дружески пожать ей руку.

нет, земная жизнь дана вовсе не для наслаждения, не пытайтесь сделать ее такой;

Он ведь не призрак, так почему же все мои нервы напряжены и я теряю власть над собой? Что это значит? Я не предполагала, что затрепещу, когда увижу его, что лишусь голоса, способности двигаться лишь от одного его присутствия."

С этими словами он ушёл. Я предпочла бы, чтобы он меня ударил.

Если бы у человека была единственная овечка, которая дорога ему, как родное дитя, которая ела и пила с ним из одной посуды и спала у него на груди, а он по какой-то случайности убил её, то он не мог бы оплакивать своей преступной оплошности больше, чем я.

Я легла в постель, но и подумать не могла о сне. До самого утра я носилась по бурному и радостному морю, где волны тревог перемежались с волнами радости.

― Джейн, угомонитесь. Не вырывайтесь, точно дикая обезумевшая птица, которая ломает свои перья в отчаянных попытках освободиться.

– И тем не менее Сент-Джон – хороший человек, – сказала Диана. – И хороший, и великий, но он безжалостно забывает о чувствах и правах заурядных людей, преследуя собственные великие цели. А потому маленьким людям лучше не оказываться у него на дороге, иначе, устремляясь вперед, он может и растоптать их.

Человеческим существа не дано пережить в этом мире полного счастья

Не по милу хорош, а хорош по милу

Жадность слушателя операжает речь рассказчика

-Говорят, сэр, раскаяние исцеляет. -От них исцелить сможет только второе рождение