Исландский колокол

Читаешь этот роман — и понимаешь: хоть и про прошлое, а будто про любое время. История будто не стареет. Она про то, как народ держится, даже когда над ним нависает настоящая беда, когда кажется, что его могут просто стереть с карты.

Автор берёт время, когда Исландия была под властью Дании. Тогда всё родное старались вытравить, подменить чужим. Жить исландцам было тяжело: у них отнимали права, забирали землю, пытались выкорчевать их привычки и обычаи. Но народ не заставить замолчать так просто. Его голос, как звон колокола, не заглушить. Даже если самого колокола уже нет, он всё равно звучит — в словах, в мыслях, в том, как люди поступают.

Колокол тут — не просто вещь, а символ. В нём — честь, сила, память. Когда его сняли, разбили и отправили на переплавку, для исландцев это стало настоящей бедой. Ведь вместе с колоколом у них будто отняли что‑то главное — то, что всех объединяло.

Через героев автор и показывает, как всё это было. Взять, к примеру, Йоуна Хреггвидссона — обычного фермера. Ему хочется просто жить спокойно, заниматься своим хозяйством. Он не рвётся в герои, не мечтает о подвигах. Но жизнь ставит перед жёстким выбором: либо смириться, либо дать отпор. И вот он, хоть и не по своей воле, становится тем, кто должен постоять за общее достоинство. Он ошибается, сомневается — и именно поэтому кажется настоящим, живым. С таким героем легко себя соотнести: ведь никто не рождается героем, им становятся в тяжёлые минуты.

Другой герой — Арнас Арнэус. Его дело — хранить память. Он бережёт старые рукописи, потому что понимает: если они пропадут, исчезнет и часть истории. Листы рассыпаются у него в руках, но для него это не просто бумага — это голоса прошлого. Он не воюет с мечом в руках, его оружие — слово. И порой слово бьёт куда сильнее клинка. Интересно, что ему противопоставлен реальный исторический персонаж — так ещё ярче видно, как личное и общее переплетаются.

А ещё в книге есть любовь — и она тут не для красоты. Её воплощает Снайфрилур, «Солнце Исландии». В её судьбе — личная боль, вынужденные решения, страдания, на которые она идёт из верности своим убеждениям. Она хрупкая на вид, но в ней есть стержень. Её упрямство — не каприз, а сила, которая помогает держаться, когда всё рушится.

Книга поделена на три части, но герои всё равно связаны между собой — нитями судеб, общими бедами, общими надеждами. Каждый из них по‑своему не сдаётся. Кто‑то берёт в руки оружие, кто‑то спасает старые страницы, кто‑то просто не предаёт себя. Из этих маленьких, но важных поступков и складывается настоящая сила духа — та, что не даёт народу исчезнуть.

Перед нами - попытка рассказать об Исландии на излете исландского средневековья - конец 17 века И рассказ идет через судьбы трех персонажей, представляющих совершенно разные группы населения - бойкий крестьянин, «вор Йоун Хреггвидсон», не то, что он профессиональный вор, нет, просто началось все с того, что он украл леску, чтобы рыбу ловить, а иначе семье нечем кормиться, за что был немилосердно выпорот, а потом палача кто-то убил и обвинили Йоуна Хреггвидсона, а что, у него по крайне мере причина была, и приговорили к смертной казни, а до того еще полгода в яме в колодках просидел. Затем юная девица, йомфру Снайфридур, девица благородного рода, выданная за самого ничтожного, но не менее родовитого "юнкера Магнуса" и наконец представитель исландской интеллигенции, историк Арнас Арнэус, растративший все свое состояние на поиски и собрание дрвнееисландских рукописей, написанных еще на клочках пергамента, состарившегося и никому не нужного .

И сам по себе замысел интересен и рассказ об истории тяжелого периода в истории страны мог бы быть одновременно и познавательным и увлекательным - но на мой взгляд не вышло. Очень уж непривлекательной выглядела несчастная Исландия и ее жители в порабощенной стране. И хотя автор устами героев обвиняет во всем датские власти, которые рассматривают Исландию и исландцев как заброшенный край, где живут отбросы общества. но и сами жители острова ничуть не лучше. Это ведь именно исландские судьи обвиняют человека используя принцип кто кого переорет. Ни доказательств, ни обоснований - просто так решил суд. Исландский суд, между прочим. И когда благородный Арнас Арнэус , облаченный властью, приезжает разбирать неправедные приговоры судьи (исландского к тому же), сами недавние осужденные недовольны - они теряют свое право называться "осужденными" и человеческое участие. Что сказали бы неправедно сожженные или утопленные - о том роман умалчивает. Мужчина, обвиненный в том, что он сожительствовал с сестрой, родившей ребенка, за что она была утоплена, а потом выясняется, что родила другая и от другого - а он переживает, что теперь ему не будут милосердно швырять косточку, а надо идти и работать - это не театр ли абсурда? Или муж, по пьяни продавший жену случайным собутыльникам за бутылку водки ("можете прийти к нам домой, она вас накормит, напоит и согреет") - какого отношения он заслуживает? - Думаете, жена выгонит пропившегося забулдыгу? Нет, исландская жена отмоет, переоденет, уложит в постель и постарается забыть. Пожар в Копенгагене подбирается к дому ученого Арэуса,где находятся ценные для него рукописи. Слуги готовы вынести, но он задумчиво смотрит в окно и думает о неотвратимости рока... А потом страдает, ведь древние рукописи необратимо утрачены И дальше, и дальше... Поступки героев кажутся абсурдными и нелепыми, невозможно сочувствовать людям, которые не любят сами себя, но говорят о любви к стране.

Более менее цельной фигурой выглядит «вор Йоун Хреггвидсон», человек, которого

…наказывали плетьми в Кьялардале, заковывали в кандалы в Бессастадире, приговорили к смерти на Эхсарау, колотили на дорогах Голландии, едва не повесили в Германии, а в Глюкштадте облачили в солдатский мундир.

Он по крайней мере не питает иллюзий о своей стране. Хотя чехарда с отменой приговоров и вновь возобновлением его дела тянется на протяжении всей книги, и к финалу он уже седой как лунь старик, который уже не поет "римы о Понтусе"

Есть и еще один не понятный мне момент. Я читала роман и меня не покидало чувство, что я все это уже читала, да, вся линия, связанная с йомфру Снайфридур и ее ханжой-сестрицей, супругой епископа, почти дословно была повторена в романе автора Халлдор Лакснесс - Милая фрёкен и господский дом , написанном за 12 лет до этого романа. Та же самая ханжеская мораль, те же самые странные отношения.

Трилогия «Исландский колокол» состоит из романов собственно «Исландский колокол», «Златокудрая дева» и «Пожар в Копенгагене». Эти романы написаны в разное время, но они объединены единым сюжетом. Писатель обращается к одному из трудных периодов истории Исландии – концу 17 – началу 18 веков. В то время гнет датской короны был особенно тяжким. В народе владычествовало недовольство. Очень красочно это аргументирует одна исландская девушка:

Мои предки были королями на суше и на воде, они плавали на кораблях по бурным морям и прибыли в Исландию тогда, когда ни один другой народ еще не знал мореплавания. Наши скальды слагали стихи и рассказывали саги на языке самого короля Одина из Асгарда в то время, когда Европа говорила на языке рабов. Где стихи, где саги, сложенные датчанами? Даже ваших древних героев мы, исландцы, воскресили в наших книгах. Мы сохраняем ваш древний язык, датский язык, который вы забыли.

В Дании на исландцев, народ героев, народ высокой древней культуры, смотрели как на дикарей, неспособных распоряжаться своей судьбой. Но был ли у исландцев шанс, такая возможность? Лакснесс написал эту трилогию в 1943-1946 годах. Писатель обратился к прошлому своей родины в годы, когда решался вопрос о будущем страны, о свободе и независимости исландского народа. Если вспомнить мировую историю, то сразу становится ясно, почему Лакснесс обращается именно к этой теме. Именно столкновение воли исландского народа, стремящегося обрести свою свободу, с попытками обратить его в полное рабство и составляет основной конфликт трилогии Лакснесса. На сюжете особо останавливаться не буду, добавлю лишь то, что книга пропитана исландским фольклором, преданиями и непревзойденными творениями исландских скальдов. Эти элементы неизменно составляют прозу Лакснесса, делают ее уникальной и неповторимой. Это стиль писателя. В каждой строчке чувствуется любовь автора к родине, ее народу. Лакснесс всегда стоит на стороне бедняков, сострадает им и всегда с ними наравне.