Цитаты из книги Pulse

Ну ты и стерва! Одернула себя Алиса. Тебе бы самой очиститься в лоне какой-нибудь строгой веры. Последовательный атеизм не может служить тебе моральной опорой.

«Поначалу он проникся к ней симпатией за то, чего в ней не было. В ней не было ни тени жеманства, болтливости, наглости. Ее не смущало, что он – агент по недвижимости, разведен, с двумя детьми…»

Почти никому неохота дергать своего врача. Но и болеть тоже неохота. И уж тем более людям неохота выслушивать упреки, даже косвенные в том, что они отвлекают доктора по пустякам. Теоретически любой поход к врачу - беспроигрышная лотерея: либо тебя признают здоровым, либо не смогут упрекнуть, что ты отвлекаешь доктора.

Когда начинаешь курить, врешь родителям. Врешь, когда спрашивают, сколько куришь - либо преувеличиваешь, либо преуменьшаешь. "О, я выкуриваю четыре пачки в день". Или "Что вы, что вы, мы только по одной, и то редко". На самом деле минимум три штуки в день. Потом врешь себе, когда бросаешь. Потом врешь медикам, когда уже выявили рак. "Ох, я же никогда много не курил".

Деликатность - это как флирт: особый дар. Нет, не так. Суть в другом: деликатность легко дается только тому, кого не колышет возможный ответ.

...теракты одиннадцатого сентября не могли быть спланированы администрацией Буша по той простой причине, что они удались.

Хомо сапиенс — единственное существо, способное задуматься о своем существовании, представить себе уход из жизни и симулировать оргазм. Не зря же человека называют венцом творения.

Подобно большинству, она безоговорочно верила своим любовникам, пока случай не выводил их на чистую воду.

Есть люди, которые не могут влюбиться, если вначале не подготовятся по книжкам.

О боже, куда катится мир, если домработница отказывается от халявной марихуаны?

- A human being is the only creature which can reflect upon its own existence, conceive of its own death, and fake orgasm. We're not God's special ones for nothing.

Правительство твердит, что курить вредно, а само живет с акциза.

Занимая излюбленный стол у окна, он теперь видел за полосой асфальта мокрую гальку, тоскливое небо и безжизненное море. На то оно и восточное побережье: месяц за месяцем погода временами паршивая, а в основном — никакая. Его это устраивало: для того он сюда и переехал, чтобы в его жизни не было никакой погоды.

Мама… кто способен описать свою мать? Когда кого-нибудь из членов королевской семьи газетчики спрашивают, каково это — принадлежать к королевскому роду, те всегда смеются и отвечают, что им непонятно другое: как можно не принадлежать к королевскому роду. Вот так же и я не понимаю, как моя мать могла бы не быть моей матерью. Потому что в таком случае и я был бы не я — это само собой, правда ведь?

Любовь всегда оставляет время для ревности. Кому повезет, тот никогда не испытает этого чувства, но если для него нет места, нет возможности, то и любви нет.

— По-твоему, буддизм учит забывать имена любовников? — В каком-то смысле, да. — Мне казалось, буддизм учит верить в переселение душ. — Конечно; а иначе как объяснить, что все наши любовники — свиньи?

Perhaps they had what was needed in any partnership: one bookworm and one instinctivist.

"I think Tony Blair started it." "I thought you blamed everything on Mrs Thatcher." "No, I've switched. It's all Blair's fault now."

It was the kind of mid-February which reminds the British why so many of their compatriots chose emigration.

"Are you saying it's Buddhism to forget who you slept with?" "It could be." "I thought Buddhism was about things coming round again in different lives?" "Well, that would explain why we slept with so many pigs."