Цитаты из книги Pompeya

Принимай судьбу такой, какая она есть. Научись жить с этим. Ты выживешь. Вот увидишь.­

Природа — милосердное божество, — сказал он. — Ее гнев никогда не длится вечно. Пожар угасает. Буря стихает. И это тоже в конце концов пройдет. Вот увидишь. Так что давай пока отдохнем.

Быть может, если бы местные жители чуть меньше глазели на море и чуть чаще оборачивались и смотрели на гору у них за спиной, они были бы лучше подготовлены к тому, что произошло.

Сенаторы могут мечтать об империи. Солдаты могут ее завоевывать. Но именно те парни, что прокладывают дороги и возводят акведуки, строят ее на самом деле.

Возраст и общественное положение дают ему право позанудствовать

— Видишь, как переменчива толпа? — бодро окликнул он Аттилия. — Вчера вечером они плевались, когда я проезжал по улице. Сегодня я — герой. Они живут ради зрелищ!

А что касается судьбы, о которой он тут разливался, — что ж, Аттилий действительно в нее верил. Каждый с рождения прикован к ней, словно к движущейся повозке. И места назначения не изменить. Можно лишь выбирать, как ты туда прибудешь — придешь сам или тебя притащат волоком.

как быстро Природа возвращает себе потерянное! Кирпичные стены крошатся под воздействием дождя и мороза, дороги зарастают, акведуки засоряются — посредством той самой воды, для переноса которой их и строят. Цивилизация — это непрерывная война, которую человек обречен постоянно проигрывать.

«Изо всех даров, подаренных человеку Природой, наилучший — это краткость его жизни. Чувства притупляются, тело цепенеет, зрение, слух, походка, даже зубы и органы пищеварения умирают прежде нас — и, однако же, этот период тоже причисляют к жизни».
Прекрасно сказано. Легко писать такое, когда ты молод, а смерть таится где-то вдали, за холмами. Но куда труднее, если тебе шестьдесят два и боевые порядки врага уже встали на равнине.

Люди умирают. Книги бессмертны.

Цивилизация — это непрерывная война, которую че ловек обречен постоянно проигрывать.

Быть может, это земля на казывает нас за жадность и эгоизм, подумал пре фект. Мы постоянно мучаем се железом и деревом, огнем и камнем. Мы вкапываемся в нее и сваливаем ее в море. Мы долбим в ней шахты и выволакиваем оттуда ее внутренности, и все ради того, чтобы на деть на чей-то красивый пальчик кольцо с драгоценным камнем. Так как же мы можем обвинять землю за то, что ее временами трясет от гнева?

Деньги хороши тем, что не зависят от сезона. Они плодоносят в любое время года.

Говорят, будто часы подобны философам: невозможно найти хотя бы двоих, полностью согласных между собою.

Бог — это человек, помогающий человеку.

Он с беспокойством оглядел свою жалкую экспедицию и снова подумал, каким же дураком он выставил себя там, в библиотеке командующего, перепутав теоретически возможные вещи с практически исполнимы­ми.