Цитаты из книги Вирус волшебства

Было бы ошибкой считать, что все демоны одинаковы. Одни маленькие, другие — высокие, одни желтые, другие — синие, одни противные, другие — очень противные. Некоторые из очень противных — еще и очень шустрые. И если вы встретитесь с таким, думать вообще не надо. В такой ситуации лучше просто бежать, орать благим матом и на бегу составлять завещание.

Есть и такие, кто искренне верит, что стоит им зажать пальцами нос и сильно дунуть – и у них прибавится ума.

— В каких бы идеальных условиях ты не находился, — заметил Эбенезум, когда я с ним поравнялся, — всегда полезно сменить обстановку.

— Есть несколько видов проблем, Вунтвор, — ответил Эбенезум. — Есть маленькие, которые случаются каждый день. С ними легко справиться. Есть проблемы побольше. Чтобы разрешить их, надо подумать и составить план. И наконец, бывают проблемы столь огромные, что единственный путь с ними справиться — это совершенно не обращать на них внимания и спокойно заниматься другими делами.

Начало и конец, по сути дела, — произвольно задаваемые понятия. Рождение принято считать началом. А как же месяцы, проведенные во чреве матери? Понятие конца еще более зыбко, потому что всегда может случиться еще что-то, что продолжит ранее случившееся.

Развлечения могут стать одной из серьезных проблем для волшебника. Действительно, если человек способен наколдовать себе все, чего душа пожелает, то совершенно непонятно, как ему «послать все это подальше и расслабиться».

Волшебнику, насколько это возможно, следует познавать мир, ибо путешествия просветляют и просвещают. А бывают обстоятельства — например, ваше коронное заклинание утратило силу или влиятельного клиента привела в ярость сумма, которую вы запросили, — при которых путешествия просвещают и просветляют особенно.

Волшебники, как и все смертные, нуждаются в отдыхе. Творить заклинания, бороться со злом и при этом еще не забывать откладывать кое-что на старость — очень утомительные занятия. Поэтому настоящий волшебник должен как следует высыпаться и устраивать себе иногда выходные.

Некоторые считают, что магия – это как приливы и отливы; она периодически затопляет поверхность земли, чтобы после схлынуть, кое-где скопившись в лужицах, а кое-где оставив после себя лишь растрескавшуюся пересохшую землю.

Ферона! Да жил ли я вообще до того, как услышал это имя? Пока мне даже ни разу не удалось с ней поговорить, но это дело десятое! Главное, что мы встретились. Теперь у меня была цель в жизни.

Она заговорила со мной! Все заклинания вылетели у меня из головы. Наконец-то произошло то, о чем я так долго мечтал. Я лихорадочно соображал, ища ответ, достойный ее неземной красоты. Но такового не нашлось. Поэтому я просто сказал, что Эбенезум пошел прогуляться по поместью.

— Прошу прощения, мадам, но я не могу спать в комнате с привидением. У меня слишком обострены все чувства. Я совершенно не отдохну. Пусть в этих апартаментах ночует мой ученик. Я буду спать в амбаре.

Я отскочил в сторону, однако оборотень стремительно бросился на меня, и я услышал треск своих разрываемых клыками штанов. Сейчас эта гадина меня прикончит.

— Закрой рот, парень. У хорошего волшебника рот всегда плотно закрыт.

Итак, вы думаете, что познали величайшее, заставляющее грызть ногти волнение; вы думаете, что испытали полное отчаяние; вы думаете, что видели неприглядную изнанку этого мира, неописуемые глубины падения, доступные вашему ближнему, более отвратительные, более зловонные, чем низшие формы плесени… О да! Если вы волшебник, тогда возможно!

— Кроме того, Вунтвор, есть еще одна причина, по которой мне нужен волшебник постарше. На мне лежит заклятие. Любой мужчина моложе тридцати, которого я поцелую, не проживет и тридцати часов. Я непроизвольно отступил на шаг.